Утро наступило внезапно. Вначале, сероватая дымка покрыла горизонт, кое-где обнажая тусклую синеву неба. В один момент, оно вспыхнуло багрянцем, открывая отряду розоватую верхушку небесного диска на востоке. Солнце поднималось, освещая верхушки песочных гребней, по одному вырывая из серой дымки ночи.
Воздух начал стремительно нагреваться. Отряд раздевался один за другим, стараясь укрыть голову светлым куском ткани. Сераф утверждал, что еще два-три часа ходьбы и оазис покажет себя, однако вернувшийся с дальней разведки Ганс, поведал иное.
— Вдалеке одни дюны. Возможно оазис где-то среди них, но тропа к нему не приводит. — Ты прав, не приводит, — подошел к нему Джером, — но на тропе есть ориентир. — Я видел только камень, но на нем не встретил никаких надписей. Джером, переглянувшись с улыбающимся Ллойдом, спросил, — А ты его переворачивал?
Ганс довольно быстро привел отряд к указанному месту. По обе стороны тропы возвышались дюны, поэтому большую часть пути прошли в относительной тени. Немного левее тропы виднелся упомянутый камень, наполовину присыпанный песком. Его можно было легко пропустить, приняв за часть ландшафта, однако в этой местности не встречалось ничего, кроме песка, простирающегося на километры вокруг.
Тропа вела дальше, между высоких песчаных насыпей, надежно скрывая от обеденного солнца. Ганс уже успел убедиться, что в том направлении признаков влаги нет. Тем временем, Джером вместе с Ллойдом, откопали глыбу и общими усилиями перевернули ее. Ганс считал, что они шутят на счет того, чтобы перевернуть камень, однако под ним что-то показалось.
— Надпись, — Авалса присела на корточки, разбирая закорючки. — «Оазис там», — Джером указывал направление, сверяясь с написанным. Ллойд улыбнулся во весь щербатый рот и первым начал карабкаться на песчаный бархан. — Это вы перевернули камень? — Думаешь не гуманно? — спросил Людвиг у нахмурившейся Хлои, нарочно выделив последнее слово. — Забредшие путники, следуя по этой тропе, могли спасти себе жизнь, будь перед глазами указатель. — «Забредшим путникам» в пустыне не место, — парировал Измаил, добавив, — здесь влага дороже золота, за нее даже убивают.
Больше никто не возражал, сосредоточившись на дыхании. Идти наверх под открытое солнце оказалось серьезным испытанием для уставших людей. Песок накалился настолько, что прожигал подошвы обуви.
Цепочка из восьми человек подымалась и опускалась по песчаным дюнам, словно блохи по спине верблюда. Каждый надеялся, восходя на очередную возвышенность, увидеть желанную зелень растений. Однако холмы сменялись холмами, а на горизонте виднелась лишь плавающая дымка манящих миражей.
Потрескались губы, пот бежал ручьем, заливая глаза. Нарастающая жажда била звонящим колоколом по голове. Ни у кого не было даже капли воды, все оказалось выпито еще утром. Авалса ощущала общее напряжение. Из страха сбиться с курса, люди шли строго по указанному направлению. В непредсказуемых песках очень легко заблудиться.
— Я что-то вижу, — Ганс сделал руки козырьком, вглядываясь в даль. На удивление, он оказался самым бодрым из всех, учитывая недавно перенесенное ранение. Людвиг нервно облизал пересохшие губы, глядя на Ганса. — Возможно это оно, — Джером стоял рядом, ощущая едва уловимый запах влаги. — Капитан, мы у цели? — люди с надеждой смотрели на Серафа. — Кажется во рту чувствуется вкус воды, — от услышанного, отряд обрел новые силы.
Действительно, с каждым пройденным барханом, воздух становился более влажным, стало легче дышать. Ландшафт также изменился. Закончились гладкие пески, на почве встречались кустики зеленой травы. Зелень становилась все гуще. Хлоя едва сдерживалась, чтобы не побежать.
Оно возникло словно по волшебству. Такую красоту можно увидеть только в пустыне. Посреди мертвых песков, ящериц и скорпионов, находился зеленый участок с луговой травой, зелеными деревьями, поющими птицами. Между деревьев протекала река. Несколько источников, слившись воедино, образовали кристально чистый пруд.
Ллойд и Измаил с дикими криками понеслись к реке, погружаясь в воду с головой. Джером, сбрасывая одежду на ходу, последовал за ними. Людвиг отошел дальше по течению, заходя по пояс, остужая раскаленное тело. Люди за считанные минуты напитались энергией. Снова захотелось жить.
Девушки, удалившись выше по реке, где берег скрывался за высокими кустарниками, приложились обожженными губами к зеркалу воды, постепенно утоляя жажду. Ганс не мог отвести взгляда от кошачьего прогиба Авалсы и Хлои, стоявших на четвереньках у края реки.
— Ты спас их, — Сераф оказался рядом с Гансом, напившись из фляги. — Это ты привел людей к оазису. Ты знал дорогу, не я. Загадка с камнем оказалась не для меня. — Я не об оазисе, — сказал Сераф, и Ганс замолчал. — Не знаю, как тебе это удалось, но подробности мне не интересны. Подозреваю, что высокой ценой. Пусть они этого не признают, но мои парни обязаны тебе.
