— Мертвая голова ищет в добровольно-принудительном порядке. Клан Торкель тоже ищет, но они безмозглые псы на коротком поводке у жрецов… А вот Бражник, уж поверь, не в восторге от подобных перспектив. И я, следовательно, тоже не в восторге. Девица, воспитанная жрецами как Избранница, навряд ли сможет подчинить Хаос. Да Лекс наверняка тебе о Марсаль рассказывал…
Марсаль Бароссо, Избранница Хаоса? Да уж, рассказывал. Точнее, ругал последними словами. Для подчинения такой огромной силы нужна сильная воля и крепкие нервы; Марсаль, по мнению многих, уже сейчас первосортная истеричка. Что и неудивительно — до восьми, кажется, лет она жила на юго-востоке, в домене Аль-Шаобан.
Говорят, нет участи хуже, чем Аль-Шаобан.
Сейчас, на минутку, речь не о шаобанских психопатах. В голове не укладывается, что кто-то может выпустить из междумирья силы Хаоса — одиозные, опасные, разрушительные.
— Блэйд, я же не имею ко всему этому никакого отношения…
— Если бы знала всё — поняла бы, что имеешь. Я вот давно догадался… Уж извини, нет времени восполнять твои пробелы в знании истории. То немногое, что я рассказал, необходимо.
— Для чего?
— Чтобы ты поняла, что я пришел охотиться, а не просто убить.
Охотиться? Не успела я до конца осознать серьезность передряги, в которую попала, как стало слишком поздно. Горячие сильные пальцы стиснули шею; толкнув меня к холодной каменной стене проулка, Блэйд всё так же угрюмо пробормотал:
— Убью тебя — и врата не смогут открыть в ближайшие годы. Это не убийство, а охота, ясно? А Гро и не узнает… кто ему скажет, ну в самом деле?..
Казалось, он не меня убеждает, а самого себя. Я же с трудом дышала — хватка жестких пальцев на горле сильно затруднила это дело.
Я родилась уже мертвой, но вопреки всем законам бытия мне дали жизнь. Точнее, великодушно отмерили двадцать лет (и ни днем больше!), чтобы достигла зенита и передала посох кому-то из своего поколения. Следовало бы за все эти годы избавиться от страха смерти, не так ли? И я верила, что не боюсь вовсе… до этого самого момента, когда меня вот-вот прикончит спятивший вампир. Не здесь и не сейчас я должна умереть! Хотелось рыдать и звать на помощь, как самой обычной беспомощной девице. Но я же гордая.
Гордая, черт побери! Тебе, того гляди, свернут шею!..
…или нет?
— Эй, кто здесь? — Блэйд неожиданно разжал пальцы и в испуге отшатнулся. Лекса боится, не иначе. Тот ему голову снесет — и будет в своем праве. «Принцип талиона, блондиночка!» Сомневаюсь, правда, что мне могло так повезти.
—Я бы на твоем месте убрался отсюда, деточка. Это мужской разговор, — послышалось из темноты. Вкрадчивый голос, звучно-хриплый, приятный даже. Блэйд дернулся; я почти физически ощутила его страх при виде длинной тощей фигуры, закутанной в плащ с ног до головы. От незнакомца пахло кровью и… кладбищем? Да, этот горьковато-тяжелый запах сложно не узнать. Меня снова бросило в озноб, но Блэйду куда страшнее, чем мне: он мелко затрясся и рухнул на колени, хватаясь за голову и прося прекратить… что прекратить?
Незнакомец, тем временем, отвлекся от истязания вампира.
— Ты еще здесь? Ладно, не хочешь по-хорошему — будет как обычно, — ласковым тоном проговорил он; из-под глубокого капюшона сверкнули два ярких зеленых огонька, нечетко высветивших болезненную белизну и худобу лица.
Тут-то я и понеслась что есть мочи, не разбирая дороги. Этот господин Ночной Кошмар какими-то чарами усилил мой страх до немыслимых пределов… но, кажется, этим он оказал мне неплохую услугу — теперь я готова бежать так далеко и так долго, как только смогу!
И чем больше конечностей я для этого использую, тем лучше.
*
— Ты же Первый меч Хаоса, так?
— Ну.
Если ему хотелось завести светскую беседу — всегда пожалуйста. С меня не убудет.
— Часто тебе приходилось идти на смерть?
— Сотни раз. У адептов Хаоса не бывает тренировочного оружия.
— И как… страшно? — ровный голос Кастора впервые дал трещину. Едва заметную, впрочем.
— Поначалу. После первого десятка шрамов становится пофиг.
— Ясно. — Помолчав, он всё же озвучил то, что и так висело в воздухе. — Я боюсь.
— Разумеется, ты боишься, — отрезал я чуть сердито. — Но ты ведь не визжишь как сучка и не зовешь мамочку, так что это вполне нормально.
Ну, как-то так. Если в этой ситуации хоть что-нибудь нормально.
— Во мне кровь Высшего, — чуть загорелое лицо Кастора искривила усмешка. — Нужно же соответствовать.
Юные недоумки встретили меня и точную копию первого нашего пленника шокированным молчанием. Рино тоже никак не прокомментировал наше появление — в силу того, что снова разгуливал в волчьей шкуре. Оно и правильно — сложно удерживать главенство, когда рядом с тобой стоит такая махина. Во мне роста шесть с лишним, но Рино выше почти на голову и заметно шире. А если он при этом глядит на меня по-собачьи преданным взглядом сверху вниз — так вовсе ржать охота.
Поллукс — дурацкое имя, эллинское, — валялся под деревцем в отключке, чему я малодушно обрадовался. Только его воплей мне сейчас и не хватало для полного счастья.
— Как ты догадался, что их двое, командир? — наконец, не выдержал Акс.
