Я наконец-то приняла судьбоносное решение переехать к Алику. По сути, от этого в наших отношениях ничего не менялось, ведь я и так почти все время проводила у него. Но если была возможность стать еще ближе, почему ею не воспользоваться? Следуя Аниному настрою работать над ошибками, я решила не приставать с расспросами, а запастись терпением и просто быть рядом с любимым – в конце концов, именно этого мне и хотелось больше всего на свете.
По случаю переезда я сама, не отвлекая Алика, начала договариваться с профессиональными мастерами, чтобы наконец-то справиться с коварным «слезоточивым» углом квартирки. А что, неплохой получится сюрприз! И, выждав момент, когда мой парень отправился на встречу с очередным заказчиком, пригласила прораба оценить объем работ и составить смету.
Стоило тому забраться на стремянку и приступить к обследованию потолка, как громко запел мой старый, точнее, основной мобильный. На экране высветилось имя соседки по утраченному дачному участку, с которой дружила еще моя бабушка.
– Тетя Лида, добрый день. Как ваши дела? – вежливо ответила я, недоумевая, почему соседка звонит мне, а не маме, с которой частенько общалась.
– Риточка, тут такое дело… – взволнованно запыхтела пожилая дама, явно не расположенная разводить версали. – На вашей… точнее, уже не вашей даче творится нечто странное. На участке что-то рубят, судя по звукам, а недавно развели костер. Качели, которые ты крошкой так обожала, валяются в куче мусора, видно, выдрали наспех…
У меня перед глазами все поплыло. Да что же это такое, будет ли когда-нибудь покой в моей жизни? Я ведь закрыла для себя эту тему, одним махом обрубила все переживания, запретила себе думать об этом! Ноги у меня подкосились, и я жестко приземлилась на диван, рассеянно слушая сбивчивую речь соседки.
– Я не могу сказать точно, что происходит, потому что между нашими участками теперь – глухой забор. Высокий, затеняет мой огород, – заходясь в бессильном негодовании, живописала она. – Так ведь нельзя, должны были со мной это согласовать! А они возвели в один миг, я даже опомниться не успела. Да еще полоску моей земли прихватили! Я не стала звонить твоей маме, не дай бог плохо станет…
И на этом спасибо. Не знаю, как у меня хватило сил дослушать до конца этот сумбурный монолог и распрощаться с соседкой, отговорившись общими фразами. Разговор закончился, а я все так же сидела, пригвожденная к месту, не в силах собраться с мыслями и отвечая что-то невпопад энергичному прорабу. Тот наконец оценил мое состояние и поспешил удалиться, пообещав прийти в более подходящее время.
Не знаю, сколько я просидела в ступоре, без единой мысли, без единой слезинки. Больше всего на свете мне сейчас хотелось разрыдаться, швырнуть что-нибудь в ярости, позвонить Лене и облаять ее на чем свет стоит. Увы, все внутри будто окаменело, горло сжало спазмом, лишая возможности произнести хотя бы слово. Конечно, можно было попросить Алика поскорее приехать, но мне не хотелось отрывать его от важных дел. Да и что мог предпринять в столь безнадежной ситуации он – или любой другой человек?
Телефон снова громко напомнил о себе, и я машинально поднесла его к уху, толком не посмотрев, кто звонит. Наверняка это соседка с очередной порцией душераздирающих новостей. Или родители, до которых не стоит доносить весь ужас моего нынешнего состояния.
– Марго? – раздался в ухе оживленный мужской голос, который я совсем не ожидала сейчас услышать. – Ты свободна? Как насчет того, чтобы встретиться через пару часов? У меня появились кое-какие соображения по твоему делу.
Я молчала, не в силах ответить. Чувствовала, что, стоит усилием воли извлечь из себя хотя бы звук, сорвусь на неприлично громкие рыдания. Когда же все поймут, что меня нужно просто оставить в покое? Не ждать от меня каких-то действий, не расстраивать, не жаловаться, не предлагать встретиться. Лишь дать мне роскошь забиться в темный уголок, спрятать лицо в ладонях и разрыдаться. Скорее бы пришел Алик, с ним всегда спокойно и надежно…
– Что-то случилось? – Даже обычно сдержанного Гения, похоже, встревожило мое молчание. – Маргарита, рассказывай! Чем-то помочь?
– Мне уже ничем не поможешь… – дрожащим голосом вымолвила я. – И, знаешь… спасибо тебе за участие, но мне сейчас не до встреч. А в моем деле пора поставить точку, я устала.
– Пораженческая позиция никому еще не шла на пользу, – авторитетно изрек он и тоном, не терпящим возражений, постановил: – Я заеду за тобой через два часа. Пора наконец отвыкать от роли жертвы. И, похоже, ты уже готова оценить то маленькое чудо, которое я ради тебя сотворил.
Мое основательно затуманенное переживаниями сознание вдруг пронзила ясная, ужаснувшая меня идея:
– Это что, новая картина?
Уловив самый искренний страх в моем голосе, Гений заливисто расхохотался:
– Нет, но тоже нечто творческое. Не бойся, тебе понравится.
