Ты смешала ему все карты, когда отказалась занять ее место. Он заходился от злобы, но одновременно чувствовал азарт охотника. А ты не поддавалась, умница! Помнишь, однажды на собрании мы обсуждали, как ранит человека удар в слабое место? Он знал, что мое слабое место – это любовь к тебе, и стал действовать с удвоенной энергией. Организовал тот маскарад с наказанием Лены. Кстати, при случае извинись перед ней за меня: когда я пытался убедить ее отдать ценные для тебя вещи, увлекся и ненароком послал. Очень далеко.
Каюсь, в какой-то момент я стал следить за твоими передвижениями. Этот гад опустился до угроз в твой адрес, и я боялся, что он перейдет от слов к делу. Когда мы с Ваней расстроили его план “гражданской казни”, а потом меня поддержали участники группы, он почувствовал себя униженным. И совсем слетел с катушек. Мы встретились, я попытался отбить его угрозы. Он выслушал, посмеялся и хладнокровно сказал, что не простит мне двойного унижения – нынешнего и того, которому моя семья подвергла его много лет назад. Но я все же понадеялся, что он отступит».
Оторвавшись от письма, я взглянула в хмурое небо. Боюсь, Алик сильно переоценил мои умственные способности, раз решил, что мне не нужно объяснять самое главное. Я давно поняла, что именно Гений изощренно мстил его семье. Но почему он мстил? Вот в чем вопрос…
– Забавно, а ведь Алик все время волновался, что ты вот-вот придешь к разгадке и обязательно наломаешь дров. Ему казалось, ты не зря заводишь эти бесконечные разговоры о том, на кого он похож, – грустно улыбнулся Ваня.
Я в недоумении воззрилась на него.
– Потому и заводила, что никак не могла понять. А что, это и есть ключ к разгадке?
Ваня хитро подмигнул мне.
– Рита, тебе стоит лишь немного подумать. И пары минут не пройдет, как ты сама найдешь ответ.
Еще один любитель интеллектуальных игр! Что ж, ладно, по привычке попытаюсь рассуждать логично, хотя это и непросто. Я до сих пор не могла воскресить в памяти самый ужасающий момент того рокового вечера в кабинете – сознание будто блокировалось, не давая мне заново переживать раздирающее душу отчаяние. Осталось лишь ощущение, что именно тогда я уловила нечто важное… Постараюсь вспомнить теперь.
Как говорил Гений? «Все это время разгадка была у тебя перед глазами». Алик и Гений с самого начала были как-то связаны, я это чувствовала. «Перед глазами» – а вдруг речь шла о внешнем впечатлении? Как-то Аня заметила, что нас привлекают люди одного типажа. Они и были одного типажа: Алик – выше, но совсем чуть-чуть, оба мускулистые, брюнеты с синими глазами. Недаром я перепутала их по описанию, когда летом Алик приехал навестить меня за город, спрятав длинные пряди под большой шляпой! Итак, два похожих мужчины. Один заинтересовал меня в самом начале, другого я полюбила. Что внешне отличало их большего всего? Правильно, волосы. А если «махнуть» их прическами? «Как меняют человека длинные волосы!» – заметила однажды моя наблюдательная подруга. И она была права: не без труда заставив воображение работать, я замерла, разинув рот.
Пойдем дальше. Алик умело передразнивал Гения, и я списывала это на недюжинные актерские способности. Но, положа руку на сердце, таким ли талантливым лицедеем был Алик? Напротив, ему плохо удавалось скрывать чувства и сдерживать эмоции. Почему же Гения он изображал один в один? Туман, застилавший мой разум последние недели, постепенно рассеивался, и объяснение напрашивалось само собой. А вдруг эти жесты и мимика были свойственны Алику в той же степени, что и его заклятому врагу? Как органичные, врожденные проявления его натуры?
Оставалось лишь сопоставить некоторые слова и факты. Что еще, помимо длины волос, отличало этих мужчин? Гений был старше, лет на шесть. Так, уже теплее, поразмыслим над цифрами… Я напрягла память и вспомнила мимоходом брошенную Гением после успешной «операции» в ресторане фразу: «Тринадцать и семь – это колоссальная пропасть». Те же шесть лет разницы. Если учесть, что люди никогда ничего не говорят напрасно…
Я готова была отхлестать себя по щекам за тугодумие. Все это время разгадка – Алик и Гений собственными персонами – была у меня перед глазами! Почему я раньше не обратила на это внимания? Как умудрилась пропустить главное? В голове будто шестеренки закрутились, пробуждая дремавшую до сих пор память. Гений ведь рассказал все, абсолютно все! «Однажды, подростком, побывал у отца… за столом копошилось какое-то гнусное неряшливое существо…» Тринадцать лет – вполне себе подросток. А ребенку его отца от второго брака могло быть как раз семь! В детской стояла двухъярусная кровать – а что, если «новых» детей было двое? И дальше: «Ты рос с отцом-героем, бизнесменом, а я – с презренным слабаком…» С какой ненавистью это было сказано!
Да, тяжелый случай… Зачем так долго размышлять о том, что тебе давно уже объяснили? «Я похож на свою мать…», «Некоторые похожи на своих отцов…» – а ты, Рита, и правда похожа на безмозглую куклу, набитую опилками. Разве не помнишь, как в самом начале занятий Алик обмолвился, что учится у старшего…
