Человек, назначивший мне встречу, заботился исключительно о своем комфорте, и мне оставалось лишь запастись терпением. На мое счастье, сейчас, когда до праздников оставалась неделя, дороги за город были не слишком забиты. Немного потолкавшись в пробке, мы успели заблаговременно, и я вошла в здание аэропорта, вознамерившись ждать дольше, чем предполагала изначально.
К моему удивлению, меня почти тут же окликнули из-за спины.
– Хорошо, что не опоздала, скоро регистрация, – вместо приветствия бросил знакомый недружелюбный голос, и я обернулась. – Молодец, прекрасно выглядишь, похудела. Наконец-то зашила себе рот?
Я посмотрела в темные глазки-бусинки и, не в силах парировать, устало промолвила:
– Ты за этим меня сюда позвала? Захотелось поиздеваться?
– Вообще-то у меня к тебе дело, – оживленно произнесла Лена, поправив рукав недешевой гладкой шубки.
– И?
– Терпение, моя дорогая… Или что, принцесска Риточка опять капризно топает ножками, чтобы все сбегались по первому зову?
Она явно искала хотя бы малейший повод выместить злобу, и я уже на чем свет стоит ругала себя за то, что откликнулась на ее сообщение в соцсети с предложением встретиться.
Лена между тем только распалялась.
– Да ты представить себе не можешь, что я чувствовала, вечно одна! Все вились вокруг тебя – соседка кормила пирожками, ребята с дач звали с собой играть, родители пылинки сдували! А дед… Усадил меня как-то и стал читать твои каракули, все восторгов ждал! Помню, мать начесывала тебе волосики на террасе, а меня вечно стригли под мальчика!
Скользнув взглядом по тонкой и ломкой черной пакле, спускавшейся до плеч Лены, я рассеянно подумала о том, что короткая пышная стрижка ей не помешала бы.
– Знаешь, в чем твоя проблема? – Свершилось, «любимой» родственнице удалось достать до глубины души даже меня, последние месяцы не выходившую из апатии. – Ты всю свою никчемную жизнь считала, что весь мир тебе обязан! Мои родные выбивались из сил, чтобы ты оттаяла, но нет! Ты лишь глядела затравленным волчонком, устраивая все новые каверзы! И, к твоему сведению, окружающие реагировали на мое доброе отношение. А как иначе? Я ездила на велосипеде до станции, чтобы купить соседке лекарства в аптеке. А когда на дачных ребят наехали местные, собралась с компанией мальчишек на мини-разборку! Даже заплела себе косичку, чтобы удобнее было драться, за нее-то меня сразу и дернули, сбив с ног. А мои родные… Не можешь же ты дуться на них за то, что они любили меня? Тем более ты тоже не оставалась без их внимания…
– Прекрасно помню, как же, – недобро ухмыльнулась Лена. – Однажды услышала, как отец звал тебя за грибами. «Риточка, дочка, собирайся!» Потом посмотрел на твою мать: «Наверное, стоит позвать и эту девочку, как ее… Олю». Он даже не помнил моего имени!
– Ну-ка! – Я тоже стала входить в раж. – А ты сама помнишь имя моего отца?
Кажется, это немного сбило Лену с толку.
– Конечно. Алексей…
– Александр.
– Иванович.
– Вообще-то Ильич. Так-то! Не трогай моих родителей, а все претензии можешь смело адресовать собственной матери!
К моему удивлению, Лена вдруг притихла и погрузилась в раздумья. И, как бы ни интересовала меня эта метаморфоза, оставаться далее в обществе заклятой «тети» мне не хотелось.
– Подожди, – остановила меня Лена. – Словом… я хочу, чтобы ты знала. К этой истории с дачей я не имею никакого отношения. Однажды мать спросила у меня совета, не применительно к конкретной ситуации, а так, умозрительно. Я ведь до недавних пор работала риелтором и кое-что понимаю, вот и объяснила, почему в подобном случае лучше написать дарственную, а не завещание. Не знаю, как твой дед умудрился оставить все мне, надавила ли на него мать, обманула ли… Он обожал тебя – и сам наверняка решил бы все иначе. Но мать считала, что потратила на него лучшие годы жизни и будет справедливо, если дача достанется нам. Она до сих пор винит его в том, что с ней произошло…
– А что с ней произошло? – ошарашенно спросила я.
– Не хочу вдаваться в подробности… – Лена часто заморгала и завела глаза к потолку. – Словом, я лечу не прохлаждаться на курорте. Она тяжело больна и сейчас проходит обследование за границей. Поэтому мы и решили продать дачу так спешно – вот-вот понадобится оплатить операцию.
– А бедный Алик винил себя… – выдохнула я тихо, но Лена услышала.
– Алик? Как же, помню! Я еще тогда так разозлилась, когда узнала, что он – твой парень! И почему тебе всегда везет?
– Лена, – я не без труда произнесла ее имя, – его больше нет.
– Знаю. Насплетничали знакомые по даче. Он так суетился, словно предчувствовал… И наверняка не ушел в мир иной просто так, а хорошенько о тебе позаботился. Красивый он был. Только вспыльчивый, так орал на меня!
– Он просил извиниться перед тобой, – слабо улыбнулась я. – За форму, но не за содержание.
