О, снова игры в шпионов! Разумеется, всякий раз, сдавая телефон, я недружелюбно зыркала на охранника, представляя, как он в мгновение ока подбирает пароль и изучает мои фотографии и переписку, пока мы что-то жарко обсуждаем на собрании. С другой стороны, что такого ценного содержалось в моем телефоне? Невинный флирт с Аликом по мессенджеру, фотографии красивых закатов с крыши и отвязная переписка с Анькой времен начала занятий в клубе, в которой мы, не стесняясь в выражениях, пускали слюни по нашему харизматичному и мужественному лидеру. Признаться, мысль о том, что последнее предстанет чарующим очам Гения, заставляла меня истерически хохотать. Я даже специально не стала удалять особенно удачные пассажи.
– И зачем все эти сложности? – Я попробовала разговорить Алика, хотя прекрасно понимала, что в ответ он снова посоветует «не брать в голову». – Мне и самой не нравится правило с телефонами, но, возможно, в этом есть свой резон. Уверена, многим хотелось бы сохранить анонимность, а если где-нибудь появятся фотографии с одного из собраний, на которых видны наши лица…
– Наверное, ты права, – вяло отмахнулся Алик. – Я лишь хочу перестраховаться… на всякий пожарный. Куколка, не бери в голову, просто сделай, как я прошу.
Вот так всегда: сплошные снисходительные отмашки! Меня так и подмывало затеять крупномасштабный серьезный разговор – вроде того, при одном упоминании о котором любой мужчина готов катапультироваться в параллельную вселенную. Но тут затренькал мой телефон – разумеется, старый. Ого, а на беседу с этим человеком в ближайшее время я, честно говоря, и не рассчитывала.
– Рита, – голос Аньки звучал глухо и подавленно, – это правда, что твою дачу продают? Твоя мама сказала моей…
– Правда, – более-менее хладнокровно подтвердила я. После недавней поездки за город мне хотелось поставить в этой истории твердую точку. – Только это уже не моя дача.
– Ох, сочувствую… Я ведь лучше других знаю, что значит для тебя этот участок, – рассеянно произнесла Анька. Несмотря на недавний «обмен любезностями», подруга наверняка переживала за меня, но ее тон был уж слишком удрученным.
– Аня, – строго спросила я, пытаясь перейти к конкретике, – что у тебя случилось? Не финти, я же чувствую!
Телефон разразился порцией грустных вздохов.
– У меня-то как раз ничего… Просто мне неловко за то, что я наговорила тебе в клубе. Не знаю, что на меня находит, словно сами стены провоцируют на подобный… экстрим. Извинись за меня перед Аликом, на самом деле я так не думаю.
Не знаю, как, но он вмиг уловил, о чем речь, и великодушно махнул рукой.
– Он уже тебя извинил, – с готовностью сообщила я и наконец-то улыбнулась. – Все, проехали? Мир?
– Мир, – немного воспряла духом подруга. – Давай и правда куда-нибудь выберемся в ближайшее время, посплетничаем. У тебя – катастрофа, у меня – тоже, поддержим друг друга.
– Аня, что все-таки у тебя произошло? – не на шутку встревожилась я.
– Печалюсь по поводу личной жизни, – грустно усмехнулась она. – И почему всегда выбирают не меня?
Так, понятно… А я-то думала, страдания по Недоумку остались в прошлом! Видимо, Анькины раны разбередил звонок новоиспеченного «лучшего друга» – и когда этот Кирюша перестанет ее унижать? Я бросилась утешать бедняжку, и Алик поспешил деликатно удалиться, не желая слушать «женский треп».
Немного успокоившись, подруга стала прощаться, а мне при воспоминании о Кирюше тут же логично пришла на ум Мила – и ее странные слова в коридоре. Переживания насчет дачи отвлекли меня от размышлений на эту тему, а теперь выпал шанс проконсультироваться с каким-никаким специалистом.
– Аня, подожди-ка… – остановила я второй круг извинений и заверений в искренней дружбе. – У меня вопрос по твоей части. Только не удивляйся. Словом… что такое Темная триада?
Телефон мгновенно смолк, словно внезапно прервалась связь. Потом послышался то ли шумный вздох, то ли сдавленный возглас изумления.
– Ритка, а ты права, – задумчиво протянула подруга, отвечая не мне, а каким-то своим мыслям. – Да-да, именно Темная триада, подходит! Как ты это правильно сказала… Ладно, до встречи, спасибо!
И она отключилась. Хорошенькое дельце, даже не удостоив меня объяснением! Судя по всему, клуб действительно странно на нас влияет: одни то и дело подбрасывают загадки, вторые тщетно пытаются их разгадать, третьи… третьи нагло подслушивают.
Я и не заметила, когда Алик вернулся в комнату, но он, очевидно, уловил мой вопрос, раз уже успел забить его в поисковик и теперь изучал информацию в телефоне.
– Темная триада – группа личностных черт, объединяющих такие свойства, как нарциссизм, макиавеллизм и психопатия. Иногда к ним добавляется четвертая черта – садизм. Ого, ну и экземпляр: обожает производить приятное впечатление, «переставляет» других, при этом коварен, агрессивен и не знает сочувствия. – Алик с любопытством взглянул на меня. – Кого это из твоих знакомых так сплющило?
