Уже подходя к дому Вестера, я принял решение не рассказывать ему о моём неожиданном знакомстве. Если поначалу идея поделиться этим казалось неплохой, то чем ближе я был к двери, тем дальше отгонял эту мысль. Спустя время знакомство казалось мне не таким уж и важным, да и я сомневался, что мы с Брендой могли ещё когда-либо встретиться, поэтому во всём этом не было никакого смысла. К тому же я слышал глухие голоса, доносившиеся из дома Цукерманов. Значит, Вестер позвал не меня одного и что-то намечалось.
Переминаясь с ноги на ногу, я постучал и застыл возле двери, слушая стрекотание сверчков, доносившееся отовсюду, чуть ли не из моей головы. Свет полной луны падал на асфальт, да и фонарей в этой части города было так мало, что я мог видеть россыпь звёзд на тёмном полотне. Отворив дверь, Вестер чересчур громко для ночной тишины поприветствовал меня и едва не затолкал в дом, не дав более возможности любоваться небом. Я терпеть не мог его холеричности, проявлявшейся в этих резких и непредсказуемых действиях. Я только и успел тяжело выдохнуть, расправив складки на куртке, как тихий голос позади меня произнёс:
– Привет, Флеминг.
Повернувшись, я встретился с Клео. Она выглядела неплохо, и это наталкивало на мысль, что ничего страшного, к счастью, не успело произойти. Засунув руки в карманы свободных льняных брюк, девушка ждала, пока я сниму обувь и пройду дальше в коридор.
– Привет. – Я улыбнулся.
– Да-да, шалом и вам, ребята, но сейчас не время для любезностей. Нам повезло, что мои родители уехали к родственникам, так что поторопимся, – протараторил Вестер и на удивление любезно предложил нам зайти на кухню. Я прекрасно помнил, что там было сложно уместиться компании, и втайне надеялся, что мы не сильно потесним друг друга.
Стоило мне шагнуть в комнату, как я заметил Рейн, апатично мешавшую ложкой чай в маленькой кружке. Словно не замечая моего присутствия, она сказала:
– Время идёт, ребята. Давайте собираться.
Я ничего не говорил. Хочет продолжать играть в детские игры – пусть играет. Что поделать, если не все люди хотят взрослеть. Не успел я подумать об этом, как Рейн подняла наконец свои глаза и, отставив чашку в сторону, добавила:
– Флеминг, в следующий раз просыпайся скорее. – Она сделала паузу, чему-то улыбнувшись. – Потому что, будь ты президентом США, то точно был бы Дэвидом Атчисоном.
– Почему? – Я нахмурился, наблюдая за тем, как Рейн поднялась из-за стола и направилась к выходу из комнаты. Правда, до коридора тут была всего-то пара небольших шагов, никак не больше. Но ответа от Рейн я не дождался – только заметил, как её морозные глаза стрельнули в сторону Клео, которая подошла к окну и оперлась руками о подоконник, посмотрев на меня. Вестера не было. Рейн прошла мимо, оставляя после себя цитрусовый шлейф, – кошки, наверное, обходили её стороной.
– По некоторым данным, Дэвид Атчисон стал президентом США всего на один день, пока не произошла инаугурация следующего, да вот только большую часть дня он… проспал, – пояснила Клео, несмело обнажая зубы в улыбке.
Всё ясно. Я сам улыбнулся уголком губ, пока Рейн не видела. Да, её вера в меня была неоспорима.
– А вот и я! Я нашёл только три фонарика, но думаю, кто-то из нас с радостью поделится с другом, – забегая к нам, радостно сообщил Вестер. Он облачился в куртку, накинул на плечи рюкзак с заплаткой и схватил чёрные ручные фонари с отколупанной в некоторых местах краской.
– Что я пропустил? – Я удивлённо оглядел друга с ног до головы. За всеми этими разговорами о президентах я совсем забыл спросить, в чём же состояла причина позднего собрания.
Все вокруг превратились в молчаливые статуи. Лампочка на потолке с тусклым желтоватым светом замигала, периодически окуная узенький коридор и маленькую кухню во мрак. Рейн застыла по левое плечо от меня, Вестер и Клео стояли друг рядом с другом возле подоконника. Кажется, предстояла какая-то долгая история, не так ли? И почему я всё время что-то упускал? Почему люди вокруг меня так сильно хотели иметь секреты, посвящая меня лишь в тысячную их часть?
– Мы отправимся за город, Флеминг, – неуверенно начала Клео, принимая из рук Вестера фонарь.
– Искать Саванну, – грубо прозвучал голос парня. Только откашлявшись, он сумел нормально продолжить: – Я же говорил, что Саванна и раньше сбегала от нас. Только не уточнял куда. – Он поджал губы в улыбке. – Поехали, – бросил он напоследок, откидывая чёрные волосы со лба. Невооружённым глазом было видно, как напрягались скулы Вестера, как его взгляд становился хмурым, чуть ли не таким же, как у Рейн. Это пугало, но речь шла о Саванне. Этого было достаточно. Я больше не задавал вопросов, не лез за с трудом дающимися ответами. Я отстал и быстро кивнул головой. Кого я мог обмануть, если поступал точно так же? «Мы договорились не волноваться о Саванне, и мы не будем, помни это», – твердил самому себе я. На удивление, это работало. Стоило мне сообщить о своей готовности, как статуи вмиг ожили, зашевелились и принялись что-то обсуждать. Уже стоя возле выхода и обуваясь, Вестер бодро проговорил:
