Я, согласившись, неспешно кивнул и повернулся к подругам. Мест на диванчике уже не было, и мне оставалось прислониться к кухонному гарнитуру и непонимающе оглядеть девчонок с ног до головы. Что-то было не так. Вестер примостился рядом с ними и молчал.
– Играем в экстрасенсов? – решил я не тянуть кота за хвост. Рейн спрятала лицо в ладонях. Клео приобняла её, а мне уже становилось тошно. Возможно, мои родители когда-то и были правы в том, что мою неуравновешенность всё-таки стоило контролировать, но у меня уже не было ни догадок, ни сил.
– Кто-нибудь вообще помнит про Эдди? Никто ему не звонил? – Клео рискнула нарушить тягостное молчание, и я отозвался:
– Да. Но он не ответил. Десять раз подряд.
– А сейчас пропал ещё один человек, – заговорил Вестер, пусто уставившись на свои колени. Мне уже начинало казаться, что меня либо к чему-то готовили, либо это был просто хорошо отрепетированный сценарий. Я бы даже не стал артистично удивляться, если бы мне сказали, что так и было.
– Кто?
Но тишина не думала сдаваться так быстро. Её холодные серые лапы сжимали нас четверых всё сильнее и сильнее, сдавливали грудные клетки. Ладони Рейн опустились, открывая моему взору мокрое помятое лицо, растёкшуюся тушь и слипшиеся ресницы. Только глаза горели холодным синим пламенем.
– Теперь школу хотят закрыть. Слишком… много людей пропало, – говорила она, смотря на меня почти исподлобья. Остальные не раскрыли и рта, уставившись или на колени, или в пол. Ну что за очаровательная трагикомедия?
Но вот уже немного, и я хотел забрать эти мысли обратно. Следующие слова вжались мне прямо в череп.
– Теперь нет и моего отца, Флеминг. И ты снова был последним, кто его видел.
– А почему ты на меня-то так смотришь? – прервал я тишину, заглядывая Рейн в глаза. Судя по её взгляду, она хотела запечь меня в газовой духовке, находившейся слева от нас.
Нет, мой мозг меня уже совсем не слушался. Центры, отвечавшие за обоняние, рассыпались на кусочки – я в прямом смысле ощущал в воздухе напряжение, чёрный страх, серое смятение.
– Ты уверена, что твой отец не задержался на работе? Или не отправился к родственникам? – Я поспешил дополнить свой вопрос, заметив, как тонкая ладонь Рейн сжалась в кулак, а между бровями пролегла опасная морщина. Вестер и Клео сохраняли молчание, не вступая конфликт.
– Что?.. – на самом выдохе, прямо так, как делают это раздражённые поступком ребёнка родители, спросила Рейн. От неё словно исходили разряды тока. – Телефон отключён, а родственников у нас здесь нет. Он всегда носит с собой зарядник, никогда не выключает мобильный. Даже ночью. А на рабочем месте его не дождались.
Минутная пауза повисла между нами невидимой леской, натянутой до такой степени, что она в мгновение могла лопнуть.
– О чём тебе это говорит, Флеминг? – Секунды до взрыва казались мне абсолютно нормальными. Я искал в словах Рейн хоть какую-то зацепку, чтобы точно сказать, где мог находиться её отец. Ткнуть пальцем в карту, отметив точку. – Говорит ли хоть о чём-нибудь? О капельке? Ты умеешь… слушать? – Рейн неспешно поднялась с места, по-прежнему сжимая руки в кулаки. Грудь её вздымалась заметнее, морщина стала видна отчётливее. Стивенс даже ноздри раздувала.
– Рейн? – послышался голосок Клео. Как призрак, она протянула к подруге руку, но та с силой оттолкнула её ладонь.
Грубо. Совсем не вовремя кто-то отправил мне сообщение, о чем оповестила вибрация в кармане в кармане. Достав телефон, я не успел взглянуть, кто и зачем сейчас лез ко мне с вопросами. Я так и убрал телефон на кухонный столик, в мгновение о нем позабыв.
Ураган надвигался. А мне от этого становилось скорее странно, чем страшно. Неужели я должен был чего-то бояться?
Рейн заговорила, и её голос забился раненой птицей. Мне даже почудилось, что глаза её под светом лампочки заблестели.
– Ты хоть когда-нибудь умел слушать? Семью, друзей, кого угодно? Мир не крутится только вокруг твоего желания найти свою принцессу!
– Рейн! Рейн! Рейн! – вскочил Вестер, тоже протянув руки к Стивенс, но уже с напором, чтобы обхватить её за плечи и потянуть к себе. Он возвышался над ней на добрые полголовы, и, в отличие от Клео, у него хватило бы силы даже в том случае, если бы Рейн решила воспротивиться. Как она и сделала.
Вскрик. Истеричный, острый, как взмах только что заточенного лезвия.
– Идиот! Эгоист! Придурок! Научись обращать внимание на остальных! В мире не только ты! – Рейн вырывалась и в последнее мгновение сумела оттолкнуть Вестера в грудь, а я не успел опомниться – в меня уже врезались обе её ладони, в самое солнечное сплетение. Произошло это очень быстро. Рейн явно не была великим боксёром, но я тоже вскрикнул, угодив затылком в шкаф.
– Кретин!
– Рейн, милая, успокойся, – запричитала Клео, выглядывая из-за плеча Вестера.
