Борис был несказанно рад приезду Олега. Он всюду появлялся вместе с Олегом, то и дело выговаривая боярам черниговским: «Ну вот, а вы твердили мне, будто Олег мне враг. Нам теперь сам чёрт не страшен!»
О том же говорил Олегу и Регнвальд:
– Промашку допустил Изяслав Ярославич, отпустив тебя в Чернигов. У Бориса дружина дюже сильная, а вкупе с нашей дружиной его и вовсе не одолеть ни Изяславу, ни Всеволоду. Да и черниговцы, видишь, как обрадовались твоему приходу! Бояре здешние в память об отце твоём все как один встанут за вас с Борисом.
– Что же ты предлагаешь? – хмуро спросил Олег.
– Предлагаю послать гонца в Киев к Изяславу и Всеволоду, дабы им было ведомо, что отныне на этой стороне Днепра для них земли нет, – твёрдо произнёс Регнвальд. – И ещё: нужно слать гонцов к Ярославу в Муром, к Давыду в Ростов и к Глебу в Новгород. Надо вам, Святославичам, собраться вместе и решить, как выстоять против дядей своих, не отдать им ни Чернигов, ни Новгород.
– Я вижу, тебе свары хочется, – недовольно промолвил Олег. – Дядья поручили мне договориться с Борисом миром. Им ссоры да сечи не нужны.
– Эх, князь! – печально вздохнул Регнвальд. – Дядья твои не знают, как им с Борисом управиться, потому и уповают на твою помощь. Поверишь Изяславу – ни с чем останешься!
Но Олег не прислушался к словам Регнвальда.
К трудному разговору с Борисом Олег приступил день спустя. Откладывать далее было невозможно, поскольку деятельный Борис собирался идти с полками прямиком на Киев.
– Дядья нас в покое всё равно не оставят, брат, – говорил Борис Олегу. – Время сейчас удобное: Владимир ушёл в Смоленск, а Святополк подался в Вышгород. Ярополк и вовсе на Волыни сидит. Никто из них к отцам своим на подмогу не успеет.
Олег предложил Борису оставить Чернигов и идти на княжение в Курск, честно признавшись, что в таком случае стол черниговский достанется ему.
– Коль разойдёмся мы с дядьями миром, то тем самым утвердим на Руси новый порядок распределения столов княжеских, – молвил Олег. – Не по старшинству возьму я Чернигов, а по родовому праву. Разумеешь, брат?
– Не станут дядья наши княжескую лествицу ломать тебе в угоду, брат, – с сомнением покачал головой Борис.
– Изяслав Ярославич дал мне слово княжеское, – заметил Олег. – Тому свидетелем был Всеволод Ярославич. Не хотят дядья враждовать с тобой из-за Чернигова. Уступи им, брат, избавь Русь от кровавой усобицы.
– Дивлюсь я на тебя, брат! – возмутился Борис. – Как легко ты пошёл на поводу у Изяслава Ярославича, поверив ему на слово. Да ему обмануть кого-то, что плюнуть! В душе Изяслав Ярославич ненавидит всех Святославичей.
– А ты уступи мне Чернигов, – стоял на своём Олег, – тогда и поглядим, солгал Изяслав иль нет. Мне бы токмо в Чернигове сесть, закрепить за собой этот удел. Уж я тебя не забуду, брат. Помогу и тебе перебраться из Курска на более высокий стол.
Скрепя сердце Борис уступил просьбе Олега, но отправился не в Курск, а в далёкую Тмутаракань.
– Чаю, с Романом Святославичем мы будем едины в делах и помыслах, – сказал Борис на прощание Олегу.
Вскоре в Чернигов прибыл Всеволод Ярославич, который сразу стал собирать войско для похода на Полоцк.
Он объявил Олегу новую волю Изяслава Ярославича:
– Передумал великий князь давать тебе Чернигов, поэтому он меня сюда отправил. Уж ты не серчай на меня, Олег. Я тебя не гоню. Наоборот, хочу, чтоб ты вместо меня правил Черниговом, покуда я буду воевать со Всеславом. Думаю, со временем Изяслав уступит тебе Чернигов.
Эти слова Всеволода Ярославича не вызвали у Олега ничего, кроме растерянности и горького разочарования. Как скоро наказала его судьба за легковерие! Как он оказался слеп и глуп по сравнению с Регнвальдом и Борисом!
Однако Олег ещё лелеял слабую надежду закрепиться в Чернигове с помощью Всеволода Ярославича. Олег остался на столе черниговском, когда Всеволод Ярославич ушёл с полками в Подвинье.
В этой распре со Всеславом Полоцким Всеволоду Ярославичу помогал его сын Владимир. Изяслав ни сам не пошёл против полоцкого князя, ни сыновей своих не отпустил. В Киеве поговаривали, будто не желает Изяслав зла Всеславу, памятуя тайный сговор с ним против братьев своих. А может, опасался Изяслав потерять Киев в третий раз, видя, как косо поглядывают на него киевляне.
Война с Полоцком продолжалась до осени. Всеволод Ярославич и Владимир осаждали стольный град Всеслава, но взять не смогли. Ни с чем ушли они восвояси.
Вернувшись в Чернигов, Всеволод Ярославич без промедления приступил к переговорам с братом Изяславом относительно Олега. Несколько раз Всеволод Ярославич ездил в Киев, но Олега с собой не брал, говоря, что так ему будет легче договариваться с Изяславом. Тянулось это без малого месяц.
Уже в октябре Олег случайно узнал от Анны, супруги Всеволода Ярославича, что напрасны его надежды на Чернигов, ибо дядья не то что Чернигов, но даже Курск не хотят ему давать.
