52 В Ипатьевской летописи: «стареишины же города ижьже», в Хлебниковской: «ижже» (так же и в некоторых других летописях, например Софийской первой старшего извода, Летописце Переяславля-Суздальского). В Лаврентьевской: «стареишины же града изънима», в Радзивиловской и Московско-Академической: «изыма». Какому из двух чтений отдать предпочтение, неясно. С. В. Завадская видела в упоминании «старейшин» при взятии Искоростеня книжное заимствование, отметив текстуальное совпадение летописного текста с рассказом Хроники Георгия Амартола о взятии Иерусалима Навузарданом, полководцем вавилонского царя Навуходоносора: «…прочих жидов нарочитых вед к Навходоносору, овех же умертви, другых работе предасть князем своим» (цит. по: Матвеенко В. А., Щёголева Л. И. Книги временные и образные Георгия Монаха. Т. 1. Ч. 1. М., 2006. С. 304; ср.: Завадская С. В. Четвертая месть княгини Ольги в Повести временных лет и византийский хронограф // Внешняя политика Древней Руси. Юбилейные чтения, посв. 70-летию… В. Т. Пашуто: тезисы докладов. М., 1988. С. 29–31; процитированный текст представляет собой вставку в библейский рассказ о взятии Иерусалима, ср.: 4 Цар. 25: 9, 13–16, 18). Отмечу, однако, что термин «старейшины» применительно к знати Иерусалима в Хронике Георгия Амартола как раз не используется, а об их судьбе («изыма» или «ижже») ничего не сообщается.
53 Весьма вероятно, что летописец XV века сконструировал данный текст, использовав указания на размер дани, приведенные в летописи ранее («по белеи веверице» под 859 годом и «по черне куне» под 883 годом), и удвоив дань, а также прибавив к ней ту, которую предлагали Ольге сами древляне (мед и «скору»). См.: Повесть временны́х лет. 2-е изд. С. 439 (коммент. Д. С. Лихачева).
54 Нестор: Русские летописи на древлеславянском языке, сличенные, переведенные и объясненные А. Л. Шлецером / пер. с нем. Д. Языкова. Ч. 3. СПб., 1819. С. 335.
55Снорри Стурлусон. Круг земной. М., 1980. С. 405 (Сага о Харальде Суровом; перев. А. Я. Гуревича). Харальд воевал на Сицилии в составе византийской армии в качестве наемника. Но прибыл он в Константинополь из Руси, где провел несколько лет и куда вернулся обратно из Византии. А потому историки допускают, что сюжет с птицами мог попасть в скандинавскую сагу из русского предания. См. об этом: Рыдзевская Е. А. Древняя Русь и Скандинавия…
56 См.: Афанасьев А. Н. Поэтические воззрения славян на природу. Т. 1. М., 1994 (репр. изд. 1865 года). С. 541–542.
57Коробка Н. И. Сказания об урочищах Овручского уезда… С. 292–328.
58 См.: Королев А. С. История междукняжеских отношений на Руси в 40-е–70-е годы X века. М., 2000. С. 140–145.
59Коробка Н. И. Сказания об урочищах Овручского уезда С. 296.
60Гиляров Ф. А. Предания русской начальной летописи. С. 246.
61Тихомиров М. Н. Малоизвестные летописные памятники. С. 209 (Краткий, или Новый, Владимирский летописец); Конявская Е. Л. Новгородская летопись XVI в. С. 347 (Большаковская летопись).
62 Степенная книга. С. 157.
63Гиляров Ф. А. Предания русской начальной летописи. С. 213; ср.: Шахматов А. А. Разыскания… С. 129, 504.
64 В позднем Житии преп. Ефрема Новоторжского имеется указание на то, что Новый Торжок, находившийся на юге Деревской пятины, также назывался в древности Коростенем (ср.: Шахматов А. А. Разыскания… С. 128); отсюда предположение о том, что он-то и был сожжен Ольгой, чем иногда объясняют наличие на гербе города голубей — трех золотых и трех серебряных.
65Перетц В. Н. Исследования и материалы по истории старинной украинской литературы… С. 69.
66Ромодановская Е. К. Русская литература на пороге Нового времени. С. 209–215. Более ранняя публикация памятника: Халанский М. Г. Экскурсы в область древних рукописей и старопечатных изданий. С. 410–420; см. также: Гиляров Ф. А. Предания русской начальной летописи. С. 250–254.
Глава четвертая. Дани и уроки
