— Точно я целый мир, — удивленно проговорила она. — И все живет в моей груди, и это так…
— Как? — ласково спросил старец, перебирая морщинистыми пальцами светлые Аннины локоны.
— Так тепло, и весело, — выдохнула Анна. — Словно во мне не одна моя жизнь, а много…
— Какая смешная девочка, — услышала она за спиной, обернулась.
Прямо на нее смотрела с ветки маленькая рыжая белка.
— Да что же в ней смешного? — ответил белке дятел, погруженный в работу. — Обычный глупенький ребенок…
— Да сам посмотри, стоит и удивляется тому, что так нормально! Так естественно…
— Она же только учится, — прошелестела ель. — Не слушай их, детка! Настанет время — и ты всему научишься! Главное — начать постигать Науку Любви, остальное придет само собой!
Анна шагнула к ели.
— Это правда вы говорите, или я все придумала? — робко спросила она.
— Конечно, я, — шелохнула ветвями ель. — Нет ни ветерка, а я разговариваю с тобой…
— И с Дубом я тоже смогу говорить? — замирая от восторга, спросила Анна.
— Да неужели этот старый пень делает вид, что тебя не понимает? — возмутилась ель. — Так я и думала… Ему просто лень разговаривать, милая. Но, если ты передашь ему от меня поклон, вряд ли он промолчит…
— Я непременно передам, — пообещала Анна.
— Пора возвращаться, княжна, — позвал ее старец. — Солнце уже садится за Большую гору…
— Как же быстро пролетел этот день! — вздохнула Анна, которой хотелось, чтобы этот чудесный денек длился как можно дольше.
— У тебя впереди еще много дней, — серьезно ответил Отшельник. — И мне надо многому научить тебя…
— Ты и так обучил меня самому важному из искусств…
— Эту науку, дитя мое, ты постигла сама, — покачал он головой. — Да вот Марго помогла тебе… Но не я. А мне придется учить тебя более земным вещам.
— Каким? — удивилась Анна.
— Сейчас еще не время, — ответил Отшельник.
Они подошли уже к Анниному дому.
— Я уже волноваться начала, — посетовала няня, прижимая Анну к груди. — А это что за чудище?
— Няня, да ты что! — воскликнула девочка, и порывисто обняла за шею Виктора. — Это самый лучший волк в мире!
Няня опасливо отодвинулась на всякий случай от самого лучшего в мире волка — лучший-то лучший, да мало ли, что в голову ему взбредет…
— Что ж, спокойной ночи вам, и снов хороших, — проговорил Отшельник, касаясь Анниной головки.
— Может, останешься? — спросила няня. — Ночь уже…
— Нет, — покачал старец седой головой, и мягко улыбнулся. — Ночью все должны быть на своих местах. Кошка — на печи, волк — в норе, дитя в постели, а мы с тобой на молитве…
— И вы не боитесь? — спросила Анна.
Все-таки страшно ночью идти по лесу… Она бы никогда не решилась!
— Я и тебя научу, как не бояться ночного леса, — улыбнулся ей старец. — Только не теперь.
— А когда?
— Ох, что за неслух эта княжна! — заворчала добродушно няня. — Два взрослых человека ей спать велят, а она все с расспросами пристает!
— Когда? — снова спросила Анна.
— Завтра, — пообещал старец. — Завтра начну учить тебя, детка…
— Да неужто пора? — всплеснула руками няня.
— Пора, — печально кивнул старец. — Сумерки все гуще, и вороны крылами бьют… Все меньше у нас времени, пора маленькому цветку распускаться…
И с этими загадочными словами он пошел прочь, а за ним легкой тенью метнулся белый волк Виктор.
Ночь скрыла их, и Анне было пора — только сейчас она ощутила, как устала от радостей сегодняшнего дня.
— Странно как, няня, — пробормотала она сонно, — от радостей да веселья тоже можно устать, не хуже чем от горя да от беды! Ах, прости! Забыла совсем!
И она подбежала к Дубу, дотронулась рукой до могучего ствола.
— Ель просила вам кланяться, — сказала она.
Дуб молчал.
Анна почувствовала легкое разочарование — она-то думала, что воспоминание о Ели заставит его с ней поговорить!
— Или все это было только моей фантазией?
Она вздохнула, и вернулась к дому.
— Как она поживает? — внезапно услышала она, и остановилась.
Медленно обернулась.
Дуб стоял спокойно — погода была такая безветренная, что ветки не шелохнулись даже.
Сомнений не было — он только что говорил с ней!
— Хорошо, — ответила вежливо Анна, и, словно поняв, что он ждет этого, добавила:
— Вот только очень по вас скучает, милый Дуб!
— Спасибо, — прошептал Дуб грустно. — Я и сам по ней скучаю… Раньше-то мы были молодые, и росли рядом. Если ее еще раз увидишь, и ей от меня поклон передавай!
— Передам непременно, — пообещала Анна, и, помахав Дубу рукой, исчезла за дверью дома.
Ночью в лесу тихо.
Все спят.
Только Время неслышно проходит, плывет по небесам, как облако, медленно, неспешно — но это только кажется! Быстро пролетают мгновенья, и никто не может остановить их…
Спит лес.
Маленькая княжна и сама не знает, что дети во сне — растут. Может быть, поэтому и не любят они спать? Кому же хочется вырасти, убежать из мира чудес?
Даже няня прикорнула, недалеко от княжны. Ее сон чуток — а вдруг княжна ее драгоценная проснется, заплачет, или закричит — мало ли что ребенку приснится?
Чутко спит и Марго — свернулась калачиком у княжны в ногах, а ушки так и трепещут, улавливают каждый звук…
Спит в своей норе Виктор.
Только Отшельник стоит на камне, руки воздев к небесам.
