— Нет, — перебила она его, глядя ему в глаза. — Нет, не надо… Со мной ничего уже не случится. Все это — только части одного замысла, Хелин! Я еще не могу понять, но я пойму! Я не хочу, чтобы ты шел со мной. Во-первых, я буду волноваться за тебя, а во-вторых…
Она помолчала немного и проговорила:
— Ты же знаешь, несколько секунд не изменят ничего… Чтобы справиться с бедой, надо посмотреть ей в лицо. Я должна начать привыкать к одиночеству…
И она пошла по тропинке прочь, быстро и решительно.
Не оборачиваясь.
— Анна! — закричал Хелин.
Она остановилась.
Он подбежал к ней, обнял ее.
Она старалась не плакать, но слезы не спрашивали у нее разрешения.
— Мы обязательно увидимся, Хелин! — улыбнулась она ему.
— Да, — кивнул он.
— И неважно, когда. Может быть, через десять лет, а может быть…
Она замолчала. Некоторое время так и стояла, глядя на Хелина, все еще пытаясь забрать у него хотя бы часть боли. Как это делала Марго. Как это делала обычная кошка, забирая Аннину смерть… И разлука чем-то похожа на смерть, — подумала Анна, но взяла себя в руки, тряхнула головой, улыбнулась и закончила фразу: — Главное, что это обязательно случится…
Он выпустил ее, и она снова пошла вдаль. Он все смотрел ей вслед, до тех пор, пока ее тонкая фигурка в плаще не скрылась из виду.
Оказывается, идти помогают не только молитвы да веселые мысли, — думала Анна, проходя уже знакомой тропкой. И сама не заметила, как прошла половину болота…
А ведь никто не назвал бы ее мысли светлыми да радостными… Анна и рада была не думать совсем, но как же это получится? Да и надо знать все — жизнь только так и поймешь, когда узнаешь не только радость, но и печаль!
В воздухе пахло весной, про которую Анна уже почти забыла. И теперь она остановилась, чтобы насладиться этим забытым запахом. Воздух стал светлым, разреженным, и пели птицы вдалеке, наверное, это были те самые птицы, которые вылетели из Черного Истукана… Ах, как же долго они томились там!
Анна улыбнулась им: что ж, не зря я проделала этот путь, потеряв самых дорогих моему сердцу, раз вы на свободе, милые птицы!
— А до чего вам было плохо, можете не рассказывать, — прошептала она. — Без весны да без солнца кто выживет?
Она шла вперед осторожными шагами, не дай Господь оступиться!
Я оставила там…
Начала Анна думать да сама себя оборвала.
Ничего я не оставила, все в моем сердце живет, и пока я живу, будут жить Марго, Канат и Виктор… Няня всегда со мной, а уж сколько времени прошло, как она заснула! А Хелин…
Она коротко взглянула, испытывая почти непреодолимое желание оглянуться назад, но этого делать было нельзя, чтобы боль не стала непереносимой, не ослабляла ее!
— Хелин обязательно вернется, — проговорила она. — Правда ведь, Господи?
Болото теперь не казалось ей омерзительным и страшным: солнце сотворило чудо, и теперь даже болотная осока показалась Анне красивой.
— Хотя это все-таки далеко не орхидея, — пробормотала она, срывая по дороге розоватый цветок. — Вот и кончилась здесь осень, минуя зиму, пришла весна… А в моем городе тоже стало все звонким, утренним, и птицы скоро долетят и туда… Вместе со мной.
Она ступила на твердую землю и только теперь позволила себе оглянуться.
Острова не было уже видно, только серое облако, там, вдали, почти у самого горизонта…
— До свиданья, Хелин, — прошептала Анна. — До свиданья…
И ей показалось, что ветерок принес ей ответ: до свиданья, Анна, мы еще встретимся…
— Да, мы встретимся, — кивнула Анна. — Раз уж Господь свел нас однажды, значит, сведет еще раз…
И махнула рукой на прощание, и ветерок, послушный ее руке, полетел к серому облаку вдали, чтобы перенести Хелену ее слова на своих крылышках.
Первым делом Анна отправилась навестить Короля.
Дыхание ветерка было ласковым, да и первые солнечные лучи согревали Аннины щеки бережно, осторожно. Анна с удовольствием подставила лицо весенним лучикам. Странно, — подумала она. — Вроде бы я ничего не сделала, а весна пришла…
Впрочем, может быть, это еще какой-нибудь тайный замысел Господа, и Анне еще только предстоит понять, в чем суть?
Неужели я освободила птиц, которые томились в трухлявом пне, и они принесли на своих крыльях нам весну?
И если так, стоило проделать такой путь, полный опасностей, потому что весна-то этого заслуживает!
Она покрепче прижала к груди меч, он казался ей невидимой тонкой ниточкой, связывающей ее с Хелином, и улыбнулась.
От меча и в самом деле исходило тепло, или Анне так казалось?
Вот и пещерка Короля появилась, и сердце Анны затрепетало от радости, как птичка.
Рядом сидела Кика и плела веревку из камыша.
Кика выглядела грустной и печальной. Лохматые волосы висели унылыми прядями, и движения были замедленными. Так бывает, когда человеку не хочется что-то делать, но другого выхода он не видит…
— Кика! — позвала ее Анна.
Кика отчего-то вздрогнула и не сразу подняла глаза.
Будто боялась поверить в чудо.
Анна подошла, присела на корточки, взяла в руки Кикины лапки.
— Ки-ка…
