Король улыбался, и поначалу Анне почудилось, что он счастлив.
Что ж, — решила она. — Это ведь так хорошо! Но эти слова быстро потонули в других мыслях, и радости не было. Это оттого, что чужая радость растворяется в моем собственном одиночестве, — нахмурилась Анна. — Ах, как это нехорошо, княжна! Разве не учил тебя Отшельник, что надо уметь забывать о собственных невзгодах и испытывать радость за другого человека?
Но я умела испытывать радость за другого человека, — возразила самой себе Анна. — Отчего же сейчас, глядя на эту бледную, красивую женщину я испытываю только смертную тоску? Да еще усталость и желание свернуться калачиком и заснуть прямо здесь, на земле? Как бы то ни было, надо хотя бы поздороваться с ними, подумала, — Анна, наблюдая за странной парой. Правда, теперь ей показалось, что Король побледнел, стал таким же тонким, и его движения потеряли свободу, точно он боялся не быть похожим на свою спутницу…
Она шагнула на тропинку, по которой вышагивали Король и Королева.
— Здравствуйте, — робко сказала она, потому что в голове ее вертелся один вопрос, будут ли ей тут рады?
Королева остановилась и изумленно уставилась на Анну. На одно мгновение Анна уловила в ее взгляде злость, а потом там появился страх… Она перевела глаза на Короля: тот смотрел на нее с радостью и в то же время опасливо посматривал на венценосную супругу.
Королева взяла себя в руки, спрятала от Анниных глаз истинные чувства и учтиво наклонила голову.
— Здравствуй, девочка, — проговорила она своим резковатым голосом. — Кажется, мы встречались когда-то, очень давно…
— Я бы не сказала, что это так, — рискнула возразить Анна. — Мне кажется, мы встречались буквально две недели назад…
— О, современные дети ужасно невоспитанны, — вздохнула Королева с такой искренней и безграничной печалью, что Анна испытала угрызения совести — ей теперь и в самом деле казалось, что можно было бы и не возражать Королеве. Какая разница, когда они встречались? Если Королеве так хочется…
Но отчего-то Анна снова повторила:
— Две недели, если не меньше…
Может быть, потому что теперь я знаю, как много можно потерять за такой короткий срок?
Король молчал.
— Здравствуй, Король, — не выдержала Анна. — Неужели ты тоже забыл, кто я такая?
Он вопросительно посмотрел на Королеву. Анна была готова поклясться, что он прекрасно узнал ее, но скажет то, что ему будет дозволено, и она не ошиблась.
— Мы и в самом деле встречались, — улыбнулся он так вежливо, что Анне захотелось уйти, только бы не видеть эту улыбку.
Нет, насмотревшись на них, я расхочу быть воспитанной на веки вечные!
— Очень давно, — вздохнула она. — Тогда, помнится, вы были очень сильным и храбрым, Ваше Величество… Тогда вы были готовы идти со мной к Черному Истукану, и еще рядом с вами была Кика… Но это было так давно, что я не удивлюсь, если вы забыли и Кику. Помнится, вы собирались оставить это бо…
Она осеклась и поправилась:
— Это королевство и отправиться вместе со своей возлюбленной в светлые края, чтобы научить ее жить, а не играть в жизнь.
Она развернулась уже, чтобы идти прочь, но обернулась и сказала:
— Передайте поклон королеве-матери… Полагаю, она искренне радуется, глядя на ваше такое безмятежное счастье!
И, сделав книксен, пошла прочь, к Кике.
Иногда, Господи, в болотных кикиморах больше человеческого, чем в Твоих творениях, — думала она, уходя все дальше и дальше от тех, ради кого она шла по лесу и ради кого погибли ее лучшие друзья.
Она шла, и ветки царапали ей щеки: даже природа вблизи Болотной Королевы и ее матери не любила Анну…
Бедная Кика, — думала она. — Вот расплата за самоуверенность: ты всегда считаешь, что тебя поймут, а выходит по-другому…
Как он мог сделать вид, что не знает, кто они такие? Ладно бы одна Анна, но Кика?!
Обида за Кику жгла Аннино сердце. Ах, Хелин, пожаловалась она, я тоже не всегда понимаю людей! Они так много говорят о чувствах, а сами так легко предают своих друзей!
И эта мысль была тоже плохой, потому что где-то внутри рассмеялся Тот, кто говорит внутри, донельзя довольный Анниным замешательством и раздражением.
— Анна, постой!
Голос Короля за спиной заставил Анну ускорить шаг.
— Анна, да подожди же! Я сейчас тебе все объясню…
Она остановилась, не для того, чтобы выслушать его, а чтобы посмотреть в его глаза. Осталось ли там, в его душе, хоть что-то от прежнего Короля?
— Анна, я рад тебя видеть! — он взял ее за руку, но она выдернула руку.
— Что-то я не заметила на твоем лице радости… Или ты теперь так хорошо воспитан, что научился скрывать свои чувства?
— Анна, понимаешь, Королеве нельзя волноваться…
— Ах, я забыла, прости, — усмехнулась Анна. — Можно волновать всех, но не болотных королев… Кика плетет себе веревку, потому что не хочет больше жить, но это не важно! Только бы не нарушить болотный покой! Твои мать и сестра тоже волновали несчастных королев, поэтому теперь покоятся там, где скоро упокоится Кика!
Он отдернул руку и отшатнулся от нее, точно она с размаху ударила хлыстом.
— Кика не сможет жить со мной в дворце, — проговорил он. — Королева и ее мать не любят запаха…
