Староста пытался что-то сказать, но шум поглотил его слова. Лишь через несколько минут восстановилась тишина. Изумление сменилось любопытством, и вече смолкло в нетерпении.
– Меня зовут Жидимир. Я буду говорить от лица всех собравшихся, – начал староста. – Князь, услышанная новость поразила нас. Мы желаем получить толкование. Где, когда, при каких обстоятельствах погиб наш славный правитель? Да и, кроме того…Прошу простить за прямоту, но я, признаться, недопонимаю обстоятельства и с Новгородом…Насколько нам известно, там издавна, уже многие годы, с юных лет и до седин, княжит Гостомысл Разумный…Он хозяин всех тамошних земель.
– Ты говоришь о моем предшественнике. О бывшем князе новгородском, – пояснил гость просто, словно ничего особенного в этой вести нет. После чего обратился к одному из своих «советников», – Трувор, открой ставни.
В горнице, и впрямь было жарко, несмотря на то, что на улице стояла осень. Верно, кто-то из прислуги переусердствовал, когда топил печь. А может, это страсти раскалили стены.
– Как это «о бывшем»? Я не понимаю…– обратился староста к Рёрику, следя взглядом за хозяйничающим Трувором, распахивающим ближайшее к трону Изяслава окно. – Еще давеча гонец доставлял нам вести от Гостомысла…Не понимаю…– Жидимир запнулся, сдвинув брови в раздумьях. – Мы просим разъяснить нам некоторые важные вопросы, иначе мы не сможем двинуться дальше…
– Я с радостью и удовольствием разъясню вам все, что вы попросите, – с сияющей улыбкой пообещал Рёрик.
– Благодарствуем. Во-первых, где же все-таки Изяслав? И что случилось с теми, кто его сопровождал?
– Он упал с лошади и свернул себе шею, – кратко пояснил Рёрик.
– Сломал выю? – переспросил пораженный Жидимир. – Какое горе.
Рёрик утвердительно кивнул. А бояре недоуменно переглянулись. Во избежание нового шума, староста тут же махнул рукой в сторону бояр, этим жестом приказывая им пока молчать.
– Мы знаем, что у него была хворь…– продолжал Жидимир. – Однако, речь шла токмо о небольшом повреждении ноги…
– Как видите, все оказалось, куда серьезнее, чем все мы чаяли, – князь с сожалением развел руки в стороны. После такого сокрушающего сообщения снова поднялась буча: бояре зашумели, как океан в шторм.
– Что ж…Странно…– староста уже устал всех перекрикивать, и его слова потерялись в гаме. Через пару минут он поднял обе руки вверх и несколько раз призвал своих собратьев к необходимой тишине. – К этому вопросу мы еще вернемся. Второй вопрос таков…Где же Гостомысл? И кто, собственно, ты сам? Откель родом, кем приходишься ему? Твое имя кажется нам знакомым…Но мы бы хотели услышать подробности из твоих уст, если это возможно…
– Это возможно, – великодушно согласился Рёрик. – Любимый всеми нами Гостомысл, к прискорбию, покинул этот мир. Как ты сам заметил, он был слишком стар и слаб. Но как мудрый правитель он предвидел свою кончину заблаговременно. И потому разыскал меня, дабы я стал его преемником и защитником Новгородских земель. Ибо я его родственник и имею все права на престол Нового города. Кроме того, я происхожу из древнейшего рода ругов. Обычаи моего народа и язык схожи с вашими…Да и сил у меня предостаточно, чтоб вступиться за земли моего возлюбленного родственника в случае опасности, – заверил Рёрик. – Такова была воля умирающего – вот я и пришел.
Бояре принялись перешептываться между собой, с любопытством разглядывая гостя и смущенно что-то бормоча друг другу.
– В таком случае мы просим поведать нам, что привело нового хозяина Новгорода в Изборск, – во избежание новых беспорядков, староста поскорее взял речь.
– Привела меня сюда печальная необходимость. И желание позаботиться об Изборске…– доверительно открыл хозяин Новгорода.
– Что это за необходимость? – не сразу понял староста. Бояре тоже недоумевали. – Да и потом, слава Сварогу-прородителю, у нас есть тот, на чьи плечи мы сможем возложить все тревоги об Изборске.
– Боюсь, что того, кого ты имеешь в виду, больше нет среди живых, – вздохнул Рёрик.
– Вероятно, ты меня недопонял, – улыбнулся староста по-отечески снисходительно. – Я имел в виду, уж коли так, нашего молодого княжича Радимира, сына Изяслава.
– Я тоже, – уточнил Рёрик.
После слов гостя воцарилась пауза. В этот раз не было даже шепота.
– А он-то где? – уже более озабоченно забеспокоился староста. Попутно он переглядывался с обескураженными боярами, которые опешили от сих неожиданных и скверных новостей, утратив дар речи. – Разве нынче он не гуляет свадебку и не нежится с молодой женой?!
– Пал, – сообщил Рёрик не более содержательно, чем в прошлый раз.
– Как это «пал»? Он такожде? Но он же так молод…Он же ехал на свадьбу! Он же…– все были поражены.
– Да, это все так. Он был молод. Ехал на свадьбу, полный надежд, навстречу судьбе и любви. Но с ним случилось злополучие. Он и его храбрые витязи угодили во вражескую засаду…Дальше можно догадаться о последствиях.
– Во вражескую засаду? Но кто мог напасть на них! – оглядывая бояр, риторически молвил староста.
– А у Изборска разве нет врагов? – удивленно осведомился Рёрик.
