Однако в тереме княгини было сумрачно. И не только из-за занавешенных окон. Ни ясное солнце, ни набухающие на деревьях почки не радовали ее взор. Сегодня она была одета просто, словно жена обычного ремесленника. Ни украшений, ни богатых нарядов. Лишь тонкая льняная рубаха до пола да темная шерстяная понева на бедрах.
На столе, застеленном белым траурным полотном, с таким же снежным безжизненным узором, стояло несколько мисок с требой – яйцами, блинами и кутьей. Горели свечи, хотя время было еще не позднее.
– Княгиня, тиун пожаловал, – заглянувшая в дверь Рада прервала молитву Дивы.
– Пусть проваливает, – Дива отвела в сторону покрасневшие от слез глаза.
– Тиун сказал, что по поручению князя явился он, – осторожно заметила Рада.
Дива раздраженно вздохнула. Неужели каждый раз она будет содрогаться при упоминании этого титула? Кончится ли это хоть когда-то?! Или дальше будет только хуже? Теперь есть Вольна. Потом появится еще что-то… Никогда ей, Диве, больше не быть свободной и беззаботной…
Ярко сиявшее утром солнце теперь заволокла черная туча. Внезапно налетел ветер. Рада бросилась к окну, убрать с подоконника утварь и закрепить ставни, ударяющиеся о стену.
– Пусть войдет, – кивнула Дива в знак согласия.
Рада подала ей платок прикрыть распущенные волосы, плечи и грудь, и вышла. Дива уныло натянула на пальцы перстни и присела в устеленное шкурами креслице, стараясь принять властный облик.
– Приветствую, княгиня, – сдержанно поздоровался тиун, оглядевшись по сторонам с некоторым удивлением. От его взгляда не укрылся необычный вид горницы. Однако вопросов задавать он не стал. Его больше заботило, что вместо того, чтоб пустить тиуна в терем, ну или хотя бы в сени, служанка княгини промурыжила его на крыльце. Не ожидая ухудшения погоды, он еще поутру оделся легко, из-за чего теперь замерз. – Я прибыл к княгине с новостями, о которых она, возможно, уже осведомлена, – растянулся в змеиной улыбке Арви.
Дива вздрогнула. В ее голову сразу ворвались устрашающие мысли. Может быть, теперь Вольну хотят сделать княгиней? А ей самой будет приказано собраться и покинуть отчий дом? Ведь, кажется, именно этот сюжет снился ей сегодня в ночи, когда она проснулась в холодном поту…
– Говори, – сглотнула Дива, сжав в ладонях край платка. Арви смотрел на нее испытующе, словно услышав ее мысли. А она сама все явственней ощущала, как ее тело пробирает ледяная дрожь.
– Прибыли посланники из Ростова. От брата покойного Гостомысла. Княгине надлежит выйти к поверенным ее дяди, – пояснил наконец Арви цель своего визита. А Дива облегченно вздохнула. За краткий миг она сумела вообразить себе столько ужасов, что даже вкратце описать их словами не хватило бы и дня. И как часто бывало – напрасно она себя пугала. Всего лишь послы. – Выйти, встретить и произвести потребное впечатление…– продолжал Арви.
– И в чем же оно должно заключаться? – Дива мрачно оглядела тиуна, наперед зная его ответ.
– Княгиня должна быть спокойна и доброжелательна. Нужно осушить слезы, – от Арви не укрылись оставленные на лице Дивы следы печали, которые она пыталась спрятать. – Посланцы могут сделать ошибочные выводы о житии княгини, кое должно видеться беззаботным и полным всякого рода блаженств.
– О, да, блаженств у меня с избытком…– иронично произнесла Дива. А потом встала со своего места и подошла к окну, развернувшись к Арви спиной. – Не вижу нужды в моем присутствии…
– Таковая наличествует. Ради княгини, ее семьи – ей следует выйти и заверить посланников в том, что здесь все добро и по счастью…Княгиня ведь не желает расстроить дядюшку…Ибо если он заподозрит что-то…
– Мне без разницы, что он подумает, – перебила Дива. – Никуда не пойду. Не пойду!
– Он должен думать именно так, как мы только что обговорили…Ведь в противном случае исход может оказаться плачевен. Вдруг дядя решит, что его племяннице нужна помощь…Вдруг он пожелает прийти сюда и спасти дочь своего брата из рук «врага»…И чего доброго, еще порассудит, что стол Гостомысла перешел к нашему князю незаконно. Последствия таких мыслей трудно даже вообразить…Нужно пожалеть дядюшку…
– Так ты пришел сюда из жалости к моему дядюшке? – настроение Дивы было и без того паршивым. А тут еще Арви со своей принудиловкой! Снова ей надлежит что-то изображать, выдавливая из себя улыбку.
– Почему княгиня во всем ищет подвох? – Арви сцепил руки за спиной и качнулся на мысках.
– Потому что он во всем и есть! – огрызнулась Дива. Еще неделю назад все было прекрасно, а уже сейчас ужасно! Впрочем, она ведь, кажется, дала себе слово, что, несмотря на уныние, станет вести себя, как подобает княгине. Будет делать то, что требуется для достижения цели. Хотя, вроде как, делать особенно нечего. А главное, она уже не рассчитывала на удачу и в душе приготовилась к самой неприятной развязке. И стоит ли сейчас пытаться спасти то, что уже почти улетело в пропасть? Может быть, мудрее бросить все как есть, и затвориться от забот в этом самом тереме?!
– Как бы там ни было, любимая жена князя должна явить себя на свет…– подытожил Арви.
