– Странно, что ты пришел
– А княгиня желает, чтобы вместо нее послов встретил кто-то иной? – ехидно поинтересовался тиун.
– Я желаю, чтоб меня оставили в покое! – гаркнула Дива. – Не стану лицемерить! Сам выходи к ним!
– Княгиня должна осознавать, что это не мое желание. А распоряжение князя, – погрозил Арви.
– Как ты смеешь врываться ко мне в такой день с оскорблениями?! – Диву крайне возмутило, что тиун вздумал пугать ее именем князя. Словно сама по себе она никто! – В день, когда я скорблю по отцу?! Пошел прочь! Прочь!
****
Дива подошла к выбеленной стороне печи, наполовину выглядывающей из стены и обогревающей опочивальню без дыма и золы. Сама топка находилась в соседнем помещении, где Рада время от времени подкладывала дрова. Приложив ладонь к камням, Дива вздохнула. Печка почти остыла. Теперь понятно, почему здесь так неприютно. Хотя…Может, не печка виной тому.
На улице моросил дождь, хотелось спать. Дива недавно проводила Росу, с которой они поминали отца и предков их дома. Она уже собиралась затвориться в опочивальне, как в горницу вдруг влетела Рада. Служанка хотела что-то сказать, но тут же за ее спиной возник князь. Отстранив помеху с дороги, он вошел.
Стоящая спиной к двери Дива не заметила его появления. Потому продолжала вести себя непринужденно, полагая, что она по-прежнему одна в своих покоях. Платочком она утирала слезы, бегущие по ее щекам. Ее плечи то и дело вздрагивали. Шелковые волосы играли золотистой волной при каждом вздохе.
– Дива…– Рёрик собирался спросить, как она смеет отказываться от встречи с послами, на которую ей велено отправиться. Однако вместо этого его отвлек совсем иной вопрос. – Почему плачешь? Тебя кто-то обидел?
Дива обернулась. Прошло несколько времени прежде, чем она смогла унять сбивающийся голос.
– Это невозможно, ведь князь рядом со мной, – пряча подступившие слезы, Дива отвернулась в сторону.
– Тогда в чем дело?!
– Ни в чем, – Дива всхлипнула, ласково погладив свой живот, словно ища в нем поддержки. – Разве у меня есть причины горевать…Видеть моего князя – это уже сущий праздник.
Рёрик вздохнул, о чем-то подумав. Но свои мысли озвучивать не стал.
– Арви сказал, ты отказываешься встретиться с посланниками, – произнес Рёрик, опершись на косяк в ожидании ответа. Он сейчас походил на хищника, замершего перед нападением на жертву. Собирался ли он наброситься на нее из-за каких-то послов? Ему временами становилось жаль ее. Жаль ее и сегодня. Но если она осмелится идти ему наперекор, то слезы ей не помогут. И он уже не будет так добр.
– Этот Арви…– Дива потерла глаза ладошками.
– А чего он? – нахмурился князь.
– Лучше бы его вовсе не было…– в сердцах бросила Дива. Но потом добавила кротко, – впрочем, он тиун. Я, наверное, не должна жаловаться…
– Не должна, – подтвердил Рёрик с одобрительной улыбкой. Ее ответ ему понравился. Ему вообще нравилось, когда все добро и спокойно, никто не перечит и не спорит с ним.
– Я готова встретиться с послами, – неожиданно согласилась Дива. – Ради моего князя я и не такое сделаю.
****
Арви сидел за столом в гриднице с торжествующей ухмылкой. Несмотря на то, что он порядочно намерзся, и кафтан его местами отсырел, он был в отличном расположении. Он представлял, какую взбучку сейчас получит Дива по его умелому наущению. Он ведь не пощадил ее, рассказывая князю, как дерзновенно она отказалась выполнить распоряжение, ей направленное, и как высокомерна и заносчива она была.
Лишь только последний глоток согревающего сбитня усладил тиуна, порог переступил Рёрик. Увидев, как суров князь после разговора с супругой, Арви просиял, полагая, что его упования воплотились в жизнь.
– Арви! – обратился Рёрик к тиуну резко. – Я хочу знать…Почему она плачет?!
– Только боги ведают, отчего женщины плачут…– незаметно убрав баклагу со сбитнем под стол, Арви поклонился. – Вероятно, им время от времени необходимо чувствовать себя очень несчастными…
– Иными словами, ты не знаешь причины, – Рёрик смерил Арви каким-то странным, как показалось тому, чуть угрожающим взглядом. – Что ты вообще тогда знаешь?!
Арви немного удивился тону, с которым все это ему было сказано. До сих пор Рёрик всегда оказывался доволен службой своего тиуна, включающей в себя, в том числе, его осведомленность о многих вещах.
– Я могу лишь предположить, что слезы княгини связаны с особым сегодняшним днем…– не растерялся Арви, почуявший, что сейчас не следует давать князю повода для недовольства. Он в том опасном расположении, когда может разодрать собеседника из-за пустяка. Впрочем, это опасное расположение непреходяще. – Днем поминовения пращуров…
– Сегодня?! – Рёрик удивленно нахмурился.
– Точно так, сегодня…– подтвердил Арви. – Надо думать, княгиня изволит горевать по отцу…– осторожно предположил Арви. Он не знал, как князь отнесется к этой мысли.
Водворилась тишина. Рёрик о чем-то задумался. Надо полагать, о Гостомысле, каковой отправился к прародителям раньше срока…Воспользовавшись паузой, Арви решил не тянуть и подступить к главному.
