Княжна для викинга полностью

– А ты храбрый муж, Светозар…– усмехнулась Дива. – Коли смеешь говорить мне дерзости, даже не миновав городских ворот…

– Я удивлю тебя. В данный момент я тревожусь не о собственной судьбе, а об участи своего народа.

– Так же и я, – Дива между делом помахала кому-то с широкой улыбкой. – Святозар, кажется, дождь собирается. Не лучше ли отложить поездку?

– Ты отвергаешь руку помощи, протянутую тебе дядей, – укорил посол, не обращая внимания на предостережение княгини. Хотя они были не так уж и беспочвенны.

– Помимо руки дяди, есть еще кое-кто, о ком мне следует подумать…Странно, что ты этого еще не уяснил.

– Твой князь, вестимо, – неодобрительно процедил посол сквозь зубы. – Его ты защищаешь…

– Прежде всего – я мать, Светозар…

Посол запнулся и остановился, как вкопанный. Этим коротким предложением Дива объяснила все. И Светозар вдруг ясно осознал каждое ее слово, которое до сих пор казалось двусмысленным, резким или непочтительным. И правда, почему это очевидное объяснение не пришло ему на ум сразу?

– Твой сын будет в большей безопасности, если окажется в кругу семьи, а не среди разбойников, – воодушевился Светозар, у которого открылось второе дыхание. И он был готов вновь взяться за переговоры. – У него будет все, что ему положено при рождении. Ему проявят уважение…Ему будут оказаны подобающие его почести…

– Это все, безусловно, приятно. И уважение, и почести…Но никто не даст ему того, что родной отец, – на сей раз Дива не улыбалась, хотя множество глаз по-прежнему было обращено на нее. – И я буду терпеть что угодно, любые унижения и обиды я снесу. Ради того, чтобы мой сын наследовал Новгород…Потому что этот город мой. И я его не отдам.

****

Проводив послов, Дива вернулась в свой терем. После появления в городе Вольны на улицу выходить ей лишний раз не хотелось. Ни шумные голоса, ни веселый смех, ни визги ребятни не могли выманить ее на улицу. Отчего-то устрашала мысль о встрече с соперницей. Рано или поздно они, конечно, увидятся. Но пусть лучше этот момент будет отложен.

Расположившись на лавке в клети, скучающая Дива перебирала сундуки с подарками из Ростова. Вдруг раздался стук в дверь. На пороге появилась Рада. Из-за ее спины робко выглядывал Козьма.

– Княгиня, есть кое-что, – парень неуверенно замялся.

– Говори, – Дива уже боялась известий от Козьмы, так плохи они были в последнее время.

– Помимо той женщины…В гриднице еще двое детей…Один из них совсем мал…

– Каких еще детей? Чьих детей, я спрашиваю?! – Дива вскочила, как заяц, а не беременная особа. Козьма в нерешительности переступал с ноги на ногу, словно не отваживаясь продолжить. – Да говори же, или у меня сейчас роды начнутся, Велес возьми! – закричала на слугу оглушенная догадками Дива.

– Говорят, то есть я украдкой слышал…Старший мальчонка – сын этой Вольны…– прошептал Козьма.

– И Нега?! – Дива раскрыла рот в предвкушении ужасного ответа. Она даже выронила из рук склянку с маслом, которое ее прислали в дар сестры.

– Нет, конечно, нет. Это токмо ее сын, – пояснил Козьма, смущаясь.

Дива вздохнула с облегчением. Значит, мальчишка не может считаться наследником Рёрика. Хотя как это понимать: «Токмо ее сын»? То есть она родила когда-то, и отец ребенка – другой мужчина?! Хм, эта баба, видимо, изрядная ловчила, раз с поклажей смогла окрутить того, у кого выбор велик, как собственное княжество. Из всех прекрасных дев, он выбрал именно ее…

– Но второй…Я был под окнами, егда услышал разговор…– продолжал Козьма, смущаясь. – Она сказала князю так: «Теперь нас двое, о ком ты в ответе…», – припоминал детали рассказчик. А у Дивы тем временем пересохло в горле. Она не могла даже слова вымолвить. Козьма принял ее молчание за одобрение и продолжал свое повествование. – Она сказала, что «в ту черную весну» ждала ребенка. И «боги сохранили его…».

– И где же он?– спросила Дива, и собственный голос показался ей чужим.

– Она сказала, что он в надежных руках. И ей лишь стоит послать записку, как его вскоре доставят…Еще она сказала князю так: «Он пока мал…Но уже сейчас у него твои глаза…», – вспомнил Козьма.

После сего рассказа в тереме еще несколько минут господствовала могильная тишина. Писарь виновато вздохнул, а княгиня, закрыв рот ладонью, не сводила глаз с рассказчика, словно ожидая услышать еще что-то.

– Как такое возможно? Это уж чересчур, – Диве даже дышать стало трудно. – Он же малыш! Ты же сам сказал! Она же…Да этого быть не может! Сколько они не виделись?! Три, четыре года?! Так мне говорили, ее загнали в полынью. Она тогда, что ль, беременная была? Чудо, что она вообще осталась жива! Но чтоб ребенка сохранить…Что за ведьма…Такие легко не сдаются…– Дива обхватила голову ладонями. – Значит, ее сын – старший…Главное то, что он у нее уже есть! У Нега есть сын…О, боги, а у меня пока только живот…

Дива пошатнулась. Испуганный Козьма поспешил усадить ее обратно в кресло.