– Не надо, умоляю! – зарыдала Ефанда, заломив руки. В этот момент в конюшню заглянул Хаук. Он, очевидно, искал своего воеводу. Оценив происходящее, он понимающе кивнул и вышел, дабы не мешать.
– Мне пора…Иди к себе. Скоро мы вернемся домой, – пообещал Олег обнадеживающе.
– Нет, я не хочу домой. Слышишь? Прошу отстань от него…– заклинала Ефанда. – Мне уже не нужно возвращение…Я хочу остаться здесь.
– Ты опять лукавишь. Все, я пошел, – Олег взял коня под уздцы и направился к выходу.
– Молю тебя, не надо. Я…Я не хочу этого больше! Я передумала! – бросилась уверять Ефанда.
В этот миг в конюшню с шумом прошло несколько человек из дружины Синеуса. Увидев свою госпожу, они поприветствовали ее и разбрелись каждый к своему коню. Продолжать разговор было уже невозможно ни здесь, ни на улице. Олег вышел, а Ефанда осталась в слезах и недоумении.
Несмотря на то, что был полдень, Новгород стоял в сумерках. На улице уныло моросил дождь. Роса сидела за прялкой с самого утра. С детства она любила рукоделие. И в ее распоряжении для портняжего дела имелись дорогие привозные материи и красивые бусины. А не только шерсть, лен и конопля, бытующие на новгородских землях. Но все же к прядению она тяготела пуще всех прочих занятий. Оно приносило пользу и вместе с тем успокаивало. А сегодня Роса нуждалась во втором даже больше, чем в первом. Все из-за того, что завтра ее милый ускачет вдаль. Кажется, во Фризию. Не забудет ли он ее в разлуке? Ведь дорога неблизкая…А когда он вернется в Новгород, неизвестно.
Роса выкрутила нить и оглядела клубок. Из этой пряжи получится отменное льняное полотно. Возможно даже, для одежи Трувора…Пожалуй, Роса собственноручно скроит ему рубаху. Которая станет греть его тогда, когда сама она не рядом с ним.
В горнице потемнело. Роса вздохнула. И поплелась к светцу, в котором догорели почти все лучины. Заменив почерневшие щепки на новые, княжна уже собиралась вернуться на лавочку. Но тут услышала шаги в сенях. Кто бы это мог быть? Наверное, Велемира. Трувор-то днем на глазах у всех не приходит сюда.
Роса отворила дверь, чтобы встретить сестру. Но вместо Велемиры в сенях стоял тиун.
– Роса…– встряхнув мокрую шапку, Арви положил ее на сундук.
– Добро пожаловать…– Роса растерялась появлению неожиданного гостя. Он ведь даже не постучал в дверь. И вошел в ее терем без позволения. Хотя, может, он стучал? А из-за дождя она не слышала? – Коли тиун желает повидать княгиню, я узнаю, в здравии ли она и может ли принять, – Роса предположила, что тиуну, вероятно, нужна Дива. Но он не решается беспокоить ее в час, когда она почивать после обеда изволит. Вот он и пришел к сестре княгини за помощью. По крайней мере, один раз такое уже бывало.
– Я пришел к тебе, Роса, – Арви плавным движением подтолкнул дверь. И та закрылась. А Росе как-то тревожно стало от этого действия. Как бы тиун ни был любезен, он, в первую очередь, чужак, которого она мало знает! Что он тут расхозяйничался?
Из темных сеней Роса проследовала в светлицу, где занималась рукоделием. Арви пошел за ней.
– Что ж…– в недоумении княжна развела руки, давая понять, что готова выслушать тиуна.
– У меня есть новость, которая, надеюсь, тебя порадует, – Арви подошел к Росе ближе привычного. Она сначала хотела отстраниться. Но потом решила все же оставаться на месте, дабы не выразить неуважения. Вдруг он желает сообщить ей какую-то государственную тайну, а она отпрянет в сторону, точно глупая курица!
– Что за новость, тиун? – проблеяла смущенная княжна, отводя взгляд в сторону, словно ее заботит судьба таящейся в углу без движения прялки. Росе показалось, что тиун смотрит на нее слишком дерзко. Точно в глаза. Так не полагается смотреть на честную девушку. Хотя Трувор смотрит на нее также. Но то другое дело.
– Зови меня по имени: отныне и всегда. Условности теперь забудь, – Арви продолжал любоваться Росой. Он не торопился с объяснениями. К чему теперь спешка? – Нам они с тобой больше ни к чему.
А у самой Росы возникло такое странное ощущение, что сейчас он дотронется до нее. И ей этого не хотелось. Впрочем, не следует волноваться раньше срока: она княжна. И без ведома нового князя с ее головы ни один волос не падет. По крайней мере, в ее собственной горнице. И такой наглости, как касаться ее, никто себе не позволит, будь то хоть сам тиун! Однако зачем тогда он ведет сии странные речи?
– Не понимаю…– Роса тихонько потерла ладошки. Не оттого, что они зачесались. А дабы как-то скрыть неловкость, которая на нее накатила.
– Горлица моя сизокрылая, – обратился Арви к Росе внезапно. – Мой пленительный цветик! Новость такая…Князь пожелал сделать тебя моей возлюбленной супругой, – после этих слов Арви взял ладонь княжны в свою и поднес к губам, нежно поцеловав.
