Метнулся, отвлеченно и стремительно, по заснеженным улицам, что убирали ворчащие дворники, кутаясь в толстые шубы. Поцеловал металлические оскалы и серебристый темляк с пышной кисточкой. Пробежался по белой ткани с красной эмблемой на груди.
Завыл, затрепыхался, зарычал и окунулся в белоснежные волосы в тени черных решеток…»
Меня подкинуло на кровати. Челюсть свело из-за стиснутых зубов. Рубашку можно было отжимать от холодного пота, а судорога перекрутила что-то в груди. И я прекрасно знал, что это болели не мышцы, а нечто другое, неестественное.
Белесое и кристаллическое, как сама моя суть…
Царство грез, раз десять изрыгнувшее меня за эту беспокойную ночь, разжало свои объятия после, наконец-то, худо-бедно длительного заплыва.
За окном был ясный день, а в душе — потемки. После нескольких попыток позавтракать я бросил это гиблое дело и поискал в пустующем номере астарофон.
Плоский и маленьки, как пятирублёвая монета, шестигранник лег в ладонь. Закрыл глаза, представляя образ Оза во тьме черепной коробки. Спустя с десяток секунд в сознании прозвучало бесцветное сообщение: «Закажи марры, я буду с минуты на минуту.»
Постучал по нейриуму, вызывая отражение десятиглазой хари консьержа и заказал кофе. Как и было обещано. названный брат заявился как раз вовремя. Я как раз, одной мимикой, давал горничной понять, что не хочу сосуществовать с ней в одном планаре экзистенциального парадокса. Чем вызвал глубокую душевную травму девичьей натуры.
— Ты как всегда в духе, братишка! — послышался смешок.
— Кьё'ссай… Будешь много болтать — тоже перепадет, — зло кинул я, массируя гудящую голову.
Кинув сумку на кровать, Оз лишь прыснул на мое, словно с похмелья, раздражение. И с меланхоличной отрешенностью уселся, помешивая сахар.
Я присоединился к нему спустя несколько минут повторных водных процедур, во время которых просто засунул голову под кран умывальника, пытаясь смыть все негодование разом.
— И? — полюбопытствовал я, ощущая что желание крушить, если и не улетучилось, то по-крайней мере обходило Оза стороной.
Вместо ответа он аккуратно отложил кружку и взял в руки сумку.
— Это то о чем ты просил, — в мои руки полетела белая керамическая маска с вырезами для глаз и рта. — А это то, о чем — нет!
Морда грабителя доукомплектовалась револьвером, ножом и еще какой-то ерундой в виде кастета с прикрепленным утюжком.
— А это! — Не давая мне возможности вставить хотя бы реплику, Оз вытащил квадратную коробочку, обшитую атласной тканью с какой-то очередной заурядной росписью. — То о чем ты никогда бы не попросил.
— Тебе нельзя брать деньги в руки, — печально вытянул лицо я, открывая коробку в первую очередь.
Там, к моему искреннему удивлению, оказался вельветовый брючный костюм, со всеми принадлежностями, включая рубашку. Плюс высокие, по колено, кожаные сапоги и черное полупальто, похожего на кашемир материала.
— Итого, — куча хлама, — критически определил я. — Кроме этого, разумеется!
С интересом покрутил единственную оцененную покупку и приложил ее к лицу. Спустя несколько секунд астральных вибраций, она села правильно.
— Мать моя женщина! — шокировано вздохнул я, посмотрев в зеркало. — Я выгляжу как выкидыш Чубакки и Трандуила!
Керамическая маска изменила мое лицо самым неожиданным образом, придав ему какой-то эльфийской изысканности в паре с волосяным покровом вышеупомянутых персонажей.
— Буду надеяться что хоть это тебе понравилось, — буркнул Оз, вертя в руках два револьвера.
На всякий случай, я решил объясниться:
— Не обижайся, но «это», — я выразительно указал на оружие. — Нам вряд ли пригодиться. И не потому что вещи плохие. Ситуация работает с точностью до наоборот, — мы сами как-то не очень с ними будем выглядеть, не говоря уже об эксплуатации. Вот ты хоть раз в жизни стрелял?
— Естественно, — гордо выпятил грудь он. — Я с детства обучался церемониальному мастерству стрельбы и владения холодным оружием! Это обязательно, если ты…
— Ладно-ладно, — перебил я его подняв руки вверх, а затем уточнил. — А по живым, движущимся целям? Не жестянкам или мелкому зверью, которое максимум что сможет, — попытаться убежать. По противнику, вполне вероятно, — астранту, готовому оторвать тебе башку и затолкать мимо сфинктера в самые глубины твоего богатого внутреннего мира?!
Дворянчик наконец увлекся моей аллегорией и, похоже, понял о чем шла речь.
— Нет, — угрюмо признался он.
— То-то же! Вещи, безусловно, полезные и нужные в хозяйстве, но навряд ли стоит нарываться на рожон в попытках их применения.
— Ладно, я понял, — вздохнул Оз. — Но «Щитовник» возьму и это не обсуждается!
На мой вопросительный взгляд, Оз одел кастет с утюжком на костяшках и что-то шепнул. В результате из утюжка выплеснулась астария, формируя энергетическую полусферу, вполне сравнимую со щитом.
— Оу, — поразился я. — А это нам может даже пригодиться. Нет — точно пригодиться! Надолго его хватит?
