Книга дверей [litres] полностью

– Поповых? – переспросила Лили, чей взгляд снова приобрел осмысленность. – Поповы из Санкт-Петербурга с Книгой отчаяния?

Ясмин кивнула.

– Один мой контакт сказал, что они пропали. Уже несколько месяцев никто их не видел и ничего о них не слышал.

– Надеюсь, это не так, – заметил Драммонд. – Книга отчаяния может быть опасной, если попадет в плохие руки.

– Ja, – кивнул Вагнер, поднимая чашку с кофе.

– Потому я и решила, что лучше спросить, – сказала Ясмин.

Лили покачала головой.

– Мы действительно должны попытаться скупить все эти книги и спрятать их в надежном месте. Иногда по ночам я не могу уснуть, пугая себя тем, что может случиться, если еще какие-то книги попадут к плохим людям.

– К Хьюго Барбари, например, – вставила Ясмин.

– А я тут слышал от друга из Америки, – продолжил Драммонд, – что есть женщина, которая хочет собрать все книги.

В настоящем, пока Кэсси спала в одной из спален Библиотеки Фокса, Драммонд стоял у окна своей башни с кружкой чая в руке и, чуть не задыхаясь от грусти, вспоминал дни, проведенные здесь с друзьями. Ну почему они не проявили больше осмотрительности, не восприняли всерьез доносившиеся до них истории и слухи? Они были наивны, чересчур уверены в том, что ничего ужасного с ними произойти не может.

А теперь его друзья мертвы и Драммонд остался один. Он должен разобраться, как быть дальше.

Глотнув чаю, он уставился в темноту в поисках ответов.

Спустя несколько часов после того, как Драммонд открыл Кэсси, на что способна Книга дверей, и более чем за десять лет до этого Кэсси и Драммонд вошли в «Настоящую американскую бургерную „У Мэтта“» в городке Миртл-крик в штате Орегон. Драммонд вернул Библиотеку Фокса обратно в Тени, безуспешно пряча грусть от необходимости вновь покинуть дом, а потом, через ту же дверь, что и накануне, Кэсси перенесла их в прошлое. В свое прошлое.

На пороге бургерной они на мгновение остановились – память о знакомом с детства месте начала постепенно оживать в Кэсси, – а затем официантка проводила их к столику у окна.

– Где мы? – спросил Драммонд, глядя на темно-зеленые деревья и тяжелое серое небо за окном.

– В Орегоне, – ответила Кэсси.

Ее собственный голос звучал словно издалека. Она все никак не могла до конца осмыслить, где оказалась и что ей предстоит сделать.

– Городок под названием Миртл-крик. Здесь я выросла. Мы часто ходили в эту бургерную.

Интерьер ресторанчика должен был напомнить посетителям об идеализированных 1950-х, которых, возможно, никогда и не существовало: повсюду неон, хромированная сталь, красные виниловые кабинки и клетчатый пол, по стенам развешаны изображения счастливых молодых лиц на барбекю или у костра.

– Неужели здесь все всерьез? – спросил Драммонд. – Ну пожалуйста, скажи, что это ирония!

– Сюда не за дизайном приходят, – возразила Кэсси. – Еда здесь и правда отличная.

По телевизорам за стойкой показывали спорт и новости – события, современные посетителям, но ставшие уже историей для Кэсси. Несколько секунд она как завороженная глазела на выступление молодого Барака Обамы, за спиной у которого теснились ряды лиц, затем вытащила меню из держателя на краю стола.

– Кофе? – спросила официантка, подойдя к ним от соседнего столика.

Это была уставшая женщина средних лет, которая всем видом давала понять: она настроена лишь принять заказ, но никак не беседовать. Кэсси смутно ее припомнила.

– Кофе? – переспросила женщина, и Кэсси вдруг осознала, что все это время просто молча на нее пялилась.

– Да. Кофе. Драммонд?

– У вас нет случайно виски? – уточнил он и получил в ответ лишь измученный взгляд.

– А чаю? – снова попытал он счастья.

– Кофе, чай, – повторила женщина и повернулась, чтобы уйти.

– Чай для завтрака, с молоком, – выкрикнул ей вслед Драммонд, и она оглянулась, не сбавляя шаг. – И заварите кипятком, а не теплой водой.

В ресторане было не очень людно, но Кэсси знала, что скоро сюда соберутся на обед посетители. Такие, как ее дедушка.