Перед дверями кафе, на коврике, на мокрой надписи по-латыни Patera, мы останавливаемся, прижавшись друг к дружке, под нашим единственным зонтом. Я впитываю громкий шепот Кармен:
– Сейчас я представлю тебя одному парню… Его зовут Дрю. Он как раз позавчера говорил мне, что ищет продавщицу, и ему плевать на свидетельства и бумаги. Он хорошо заплатит.
– А почему сама не хочешь подработать?
Она сопит мне в ухо, и я догадываюсь:
– Он твой парень, да?
Порыв ветра сдувает холодные струи с зонтика, и они текут мне за шиворот. Она кивает:
– Лучше не мешать любовь и бизнес…
Прекращая ниагару, поливающую позвоночник, я соглашаюсь и вталкиваю её внутрь кафе.
Пристроив зонт в корзину, а мокрые куртки на вешалку, оглядываемся. Играющую в глубине «Патеры» группу заглушают громкие разговоры, смех, многоголосный звон бокалов и стук столовых приборов о тарелки. От этого теплого, уютного кофейно-ужинного духа к желудку подступают голодные спазмы.
– Эй, Кармен! Я здесь!
Высокий крепкий парень машет нам рукой из глубины зала.
Мы подходим к его столику. У парня мускулистые руки спортсмена и пшеничные растрепанные волосы.
– Дрю, познакомься, это Анжела, я тебе про неё рассказывала.
Едва очутившись на диванчике рядом с ним, маленькая Кармен теряется в широкоплечих объятьях. Здороваюсь взмахом руки и присаживаюсь на кончик стула напротив. Терпеливо ожидаю, когда закончится их слюнявое приветствие.
– Привет! Заказать тебе кофе? – спрашивает, наконец, Дрю.
От меня не укрывается, что Кармен толкает его локтем.
– Угощаю, – щедро предлагает он.
– Ты говорил, что ищешь продавщицу. И диплом мага тебе не важен, – ускоряю события, демонстративно игнорируя его предложение. Хотя от аромата кофе у меня, ничего не евшей с самого утра, мутнеет в глазах, а живот предательски урчит.
– Кармен сказала мне, что ты умеешь создавать проходы. Это мое первое условие. И второе – начинаем завтра утром.
– Хм… Завтра утром, пожалуй, ммм… это возможно. С проходами проблем не будет. А сколько ты платишь?
– Для начала – десять туллов за выходной. А потом посмотрим.
Делаю вид, что обдумываю неинтересное и невыгодное предложение, из тех, что я получаю не менее десятка в день. Хотя на самом деле, я еле сдерживаю мускулы лица, готовые расплыться в счастливейшей улыбке потенциального миллиардера. Десять магических туллов, это же целое состоянье! Удача улыбается отважным и дерзким! Спасибо, Кармен!
Выдержав, на мой взгляд, довольно долгую паузу, я, стараясь не показывать особого оптимизма, соглашаюсь:
– Идет. Расскажи подробней. Где находится твой магазин?
Дрю делает знак официанту, и через секунду передо мной дымится божественный капучино с шапкой молочной пены и сердечком из пудры какао. М-м-м! Моя завтрашняя жизнь богача начинается уже сегодня!
– Это, хм… Как бы тебе сказать, не совсем магазин. Мы поедем торговать в Хош.
Капучиновая пена белыми усами застывает над моей губой. Если минуту назад я чувствовала себя заурядно-скучнейшим миллионером, то только что я выиграла возможность головокружительной авантюры в мире самых настоящих магов!
И поэтому, чтобы не спугнуть удачу, от дальнейших расспросов в этот вечер я воздерживаюсь. Допиваю лучший в Девяти Мирах капучино, поднимаюсь со стула, осторожно задвигаю его под стол и как бы мне ни хотелось провести остаток вечера, а, может, и всю ночь напролет, в теплых и приносящих удачу стенах великолепной «Патеры», все же небрежно прощаюсь:
– Так в котором часу завтра?
– Для первого раза я заеду за тобой за час до восхода солнца. Потом будешь добираться сама.
– Улица Сан-Сульпис. Моя парадная рядом с дверью в бордель Мадемуазель Лили, так тебе проще будет сориентироваться. Я увижу тебя из окна и спущусь. До завтра, Дрю.
Если верить легендам, то на перекрестке великих торговых путей город Хош основал Роб Шаг-Залаг, сын легендарного Ут-Напиштима. Того самого, которого иногда называют Ноем, мага, выжившего после Всемирного Потопа, случившегося много-много тысячелетий тому назад.
