Она говорила очень мало, в основном отвечала на вопросы, но никогда – о своем прошлом. Все, что она помнила, она хранила в себе. Никто за ней так и не пришел. В конце концов их сосед-фермер позвал ее замуж, отметив то, какая она трудолюбивая и молчаливая. Она согласилась, хоть и без особой радости. Однако их брак сложился удачно. Муж ее оказался таким же работящим, как и она сама, а также разумным и удачливым. Со временем они разбогатели. Почти все их дети выжили в младенчестве и дожили до зрелых лет.
Тордис всегда помогала нищим, приходящим на ферму, и провожала все тем же грустным взглядом пролетающих мимо лебедей.
Какое-то время после того, как прогнал лебедя, Лофт был счастлив, спокоен и сосредоточен на изучении магии. А затем стал задумываться о том, как он рискует. Магия, которую описывали книги, была делом дьявола. Изучая и используя ее, он подвергал свою душу опасности. Рано или поздно дьявол пришел бы за ним и утащил в ад. Ни в одной книге в хранилище не говорилось, как избежать такой судьбы. В прежние времена он мог бы отправиться в Черную школу в Париже, как это сделал Сэмунд Мудрый. Сэмунд владел такими сильными чарами, что у дьявола не было над ним власти. Но об этой школе никто ничего не слышал уже много веков. Должно быть, ее больше не существовало.
Оставался лишь один известный ему путь справиться с дьяволом. Епископ Готтскальк Жестокий был знаменит благодаря своей вошедшей в легенды жестокости и магическим умениям. Он был владельцем самой известной в Исландии магической книги, Красной кожи, которую забрал с собой в могилу.
И Лофт решил, что должен непременно добыть Красную кожу. Но для того, чтобы сделать это, он должен был сперва призвать дух епископа из мертвых. Это было возможно. В книгах из хранилища рассказывалось, как это сделать. Однако он нуждался в помощнике, который зазвонит в церковный колокол, если Лофт вдруг окажется в опасности. Колокольный звон прогнал бы поднятый из могилы дух епископа прочь.
У Лофта не было друзей среди студентов. Его считали слишком высокомерным и самоуверенным. Но один из студентов искал его дружбы: долговязый, неуклюжий парень с лицом, усыпанным пятнами. Его прозвали Пятнистый Трёйсти. Не лучший кандидат в помощники, но другого у Лофта не было.
Поэтому одним погожим летним днем он позвал Трёйсти пройтись. Устроившись на берегу реки, Лофт завел разговор о деле. Он собирался призвать дух епископа Готтскалька и забрать у него Красную кожу. Однако без дружеской помощи ему было не обойтись.
– Но зачем тебе эта книга? – спросил Трёйсти.
– Чтобы совершенствовать свои знания, – последовал ответ Лофта. Изучив книгу, он смог бы стать важным человеком в датском правительстве и помочь Исландии, которая под управлением Дании переживает не лучшие времена.
В тусклых глазах Трёйсти вспыхнул интерес:
– Да! Нужно непременно сделать все возможное, чтобы помочь Исландии.
Ну и дуралей, подумал Лофт.
А вслух объяснил будущему помощнику, что от него нужно. В полнолуние Лофт отправится на церковное кладбище Хоулара и призовет епископа. Пятнистый Трёйсти должен в это время непременно быть на колокольне, чтобы зазвонить в колокол по сигналу Лофта.
Трёйсти закивал, полный желания помочь.
– Согласен.
Наступило полнолуние. Яркая луна сияла на безоблачном небе. Лофт собрал свои магические книги и отправился поднимать епископа Готтскалька. А в это время на колокольне Трёйсти напряженно наблюдал за ним, не находя себе места от беспокойства.
Лофт начал читать заклинания, полные богохульств и ругательств. Откуда ни возьмись в небе появилось облако и закрыло луну. Епископы – намного больше, чем один – один за другим восставали из земли. По их одеждам было понятно, что среди них есть даже лютеране, почившие давным-давно. Были здесь и католики, жившие во времена зарождения христианства в Исландии. У троих из восставших митры тускло сияли в лунном свете.[17]
Один из них заговорил с Лофтом.
– Оставь это дело, парень. Обратись к покаянию и праведной жизни.
Лофт подумал, впрочем, без особой уверенности, что это епископ Гудмунд Добрый Арасон, путешествовавший с бродягами. Ведь каждый фермер обязан был приютить епископа у себя, а если нищие приходили с епископом, они тоже получали приют. Такой способ прокормить неимущих был довольно умен, хотя епископ Гудмунд прославился скорее добротой, нежели умом.
Само собой, Лофт не стал его слушать. Наоборот, принялся читать более сильные заклинания. Размахивая руками, он исповедался, но не в грехах, а в добрых поступках, прося у дьявола прощения за каждое совершенное им праведное деяние. Таких набралось немного. Он всегда был самовлюбленным эгоистом, хоть и питал привязанность к родителям и к Брауни, своему псу.
Сидя на колокольне, Пятнистый Трёйсти прислушивался к его словам.
