– Ну и ладно. Все равно я за рулем и не хочу схлопотать штраф за вождение в нетрезвом виде.
Она открыла сумочку и выудила из нее плоский серебряный портсигар с шестью выстроившимися в ряд сигаретами, чиркнула серебряной зажигалкой.
– Ты не был моим ребенком, – продолжила Вивиан, выпуская дым, – однако Бенджамин объяснил мне, что твоя мать жгла листья и входила в транс, нюхая дым. Как-то, будучи в трансе, она объявила ему, что ты – а было тебе тогда годика четыре – однажды перехитришь его, и от этого он умрет.
Она озадаченно уставилась на Томми.
– Он мог бы тебя убить, но он так тебя любил.
– Перехитрить его? Это… – У Тома не нашлось слов.
– Я знаю. Невозможно. До встречи, малыш.
Она открыла дверь и быстро пошла по коридору.
Том притворил дверь, закрыл ее на засов и шаркающей походкой потащился в спальню. Он посмотрел на четыре трубки, оставшиеся на покрывале. Оказывается, он хранил отцовский талисман, не зная об этом, и позволил Вивиан его утащить. Она, по крайней мере, спрячет его от Блейна, Колина, Имоджен. Она хоть любила отца.
– Прости, папа, – тихо сказал он оставшимся трубкам.
Том поднял с пола проездной, служивший ему закладкой, и посмотрел на черный корешок «Изгоя». Вивиан намекнула, что за него можно получить неплохие деньги, а содержание теперь то ли будет поступать, то ли нет. Если так, придется возвращаться в отцовский дом, где каждая комната будет напоминать об утрате.
Он грустно вытащил «Изгоя» из общего ряда, едва не уронив его, книга была тяжелее, чем казалась. На Тома нахлынули воспоминания, как она перешла из рук отца к нему. Стояло раннее весеннее утро прошлого года, Том еще не успел снять пижаму, когда старик неожиданно появился в дверях комнаты с этой книгой.
Том помедлил у комода, силясь вспомнить, что он собирался сделать, потом взглянул на книгу, на компьютер на письменном столе и кивнул.
Он прошел к письменному столу, вытянул стул и уселся, положив томик рядом с клавиатурой. Он запустил Гугл и напечатал: «Продать книгу Лавкрафта». Пришлось открыть страницу и посмотреть, как пишется фамилия автора.
На экране монитора появилось несколько страниц ebay и abebooks, но он знал, что ни в жизнь не разберется, как продать книгу на этих сайтах. На некоторых сайтах читатели хвастали своими сокровищами.
Наконец нашелся список букинистических магазинов, покупающих литературу. Владелец проживал в Лос-Анжелесе, и Том нервно набрал номер телефона. Услышав в трубке мужской голос, Том откашлялся и, запинаясь, объяснил, что хотел бы продать «Изгоя» Лавкрафта.
Получив описание титульного листа, букинист сказал:
– Возможно. В каком она состоянии? Чехол от пыли на ней?
– Наверное, нет. Что это?
– Господи, да это бумажная обложка, в которую заворачивают книгу, она складывается на концах. Бывает синего цвета.
Когда Том признался, что ничего подобного нет, продавец спросил:
– А у страницы коричневые края?
– Не коричневые… разноцветные. Если держишь книгу, то по краю страницы идут красные и синие завитки.
– То есть обработано под мрамор? Интересно, кому это могло понадобиться? И, полагаю, чернила впитались в страницы?
Том открыл книгу посредине. Внешние края страниц были затемнены полосой в одну восьмую дюйма.
– Да, – подтвердил он. – Полоса шириной с зубочистку.
– Странно. Не представляю, в каких тисках держали книгу, чтобы так затемнить страницы. А обложка болтается?
– Ну, она почти отлетела. Все держится на нитках.
Вздох.
– Это антикварная диковинка, игрушка для того, кто хочет похвастать обладанием «Изгоя». Ничего больше. За него можно дать не больше ста баксов.
– Я подумаю, – ответил Том и повесил трубку.
С этим покончено.
Он положил книгу на стол и нахмурился, рассматривая явно нежелательный мраморный рисунок. Он хотел было уже оттолкнуть книгу, но только задел рукой верхнюю крышку. Она легла на стол, потянув за собой вертикальную горку листов и образовав склон из бокового среза страниц.
А мрамор со страниц исчез. Вместо него виднелся черный прямоугольник с белыми точками.
Том удивленно моргнул, наклонился, касаясь открытых страниц. Узкая темная линия по краю каждой – то, что казалось чернилами, размазавшимися по бумаге, – была лишь фрагментом изображения, видимого только когда страницы лежали веером. Кто‐то – его отец? – намеренно разложил листы веером и нарисовал картину, покрывающую одну восьмую дюйма краев. Таким образом, картина исчезала, когда книгу закрывали. Мраморный рисунок, решил Том, был нанесен позднее, дабы оправдать узкую темную окантовку каждой страницы. Картинку явно хотели спрятать от чужих глаз.
Но что это? Восемь белых точек на черном фоне, похожих на строение с крышей и кривыми стенами…
«…как детский рисунок домика с покосившимися стенами». Так сказала Эвелин. Весы. Созвездие.
Том знал, что созвездием называют группу звезд на небе.
А Блейн сказал: «Если мы найдем талисман… пригрозим Бенджамину, что уничтожим его».
Сердце Тома отчаянно забилось.
«У Вивиан нет талисмана, это не трубка! Талисман у меня. Это книга. Он у меня, со мной».
