Раздался взрыв хохота.
– Неужели он обвинил меня в воровстве? – спросила Имоджен, смеясь.
– Скорее намекнул.
– Вот скотина! Я расскажу, как все было на самом деле. Мы состояли в одной группе по интересам, которая занималась изучением магии. И немного – практикой. В основном обменивались сканами книг. Конечно, в случае с «Бесценной субстанцией» речь шла об аналогах – похоже, сама книга не хочет, чтобы ее копировали.
– Я думала, это слухи.
– Можете сами попробовать, если вам повезет ее раздобыть. Сначала мы пытались отсканировать книгу: изображение всегда получалось размытым. Затем Фрида пробовала делать снимки, спалив несколько цифровых фотоаппаратов.
– С пленкой тоже ничего не вышло, – вставил Арджун. – Все кадры оказались засвеченными.
– Иногда стоит прислушаться к самому артефакту. Книга ясно давала понять: «Никакого копирования». И мы сдались… – Немного помолчав, леди Имоджен продолжила рассказ: – В основном члены группы общались на закрытом интернет-форуме, который модерировала одна ведьма из Лос-Анджелеса по имени Стейси. Изредка проводили совместные ритуалы. Адмирал Мастерс тоже принимал в них участие – тогда я не знала, что он настоящий адмирал. Ни за что бы не стала делиться с ним книгами! Потому что почти сразу поняла, что его интересует только власть. Да еще и
Адмирал заявился, рассчитывая тут же приступить к прохождению этапов. Черта с два! Я не собиралась заниматься с ним ни сексом, ни магией. Однако он продолжал уговаривать, словно помешался на книге! Чтобы поскорее от него отвязаться, я разрешила взять рукопись на пару дней – с условием не выносить ее из гостиницы. Все-таки она стоит целое состояние. К тому же мне не хотелось помогать этому идиоту с его бредовыми идеями.
Мастерс забрал книгу, но возвращать не спешил. Поначалу хотя бы извинялся, но вскоре перестал отвечать на звонки. Прошло четыре дня, пять… Выяснив, где он остановился, мы с друзьями отправились за украденной реликвией. Заходим в номер и видим: две девочки-экскортницы под руководством Адмирала ублажают друг друга, стараясь получить бесценную субстанцию. Никто из них понятия не имеет, что делать, вся книга заляпана его спермой, а он сидит и рявкает на бедняжек: «Ищите точку «джи»! И массируйте, массируйте!»
Мы так и покатились со смеху. Имоджен была потрясающей рассказчицей. Потянувшись за хлебом, Арджун ненароком задел мою руку. На лице его мелькнула извиняющаяся улыбка, и я улыбнулась в ответ.
– В общем, ну его к черту. Мы забрали книгу и ушли. Теперь он называет меня Шлюхой и обвиняет в воровстве. Впрочем, мне это даже нравится.
Все снова засмеялись, и я в том числе. Но потом вспомнила, что Адмирала убили, и рассказала им об этом. На минуту воцарилось почтительное молчание, а затем вечер продолжился как ни в чем не бывало. Никто из присутствующих не собирался по нему скучать.
– А зачем вам «Бесценная субстанция»? – спросила Имоджен. – Только честно.
В разговор вмешалась Фрида, не дав мне ответить:
– С этой книгой нельзя работать без защиты! Надеюсь, вы сделали «Малый ритуал пентаграммы»[49], чтобы призвать архангелов[50] для защиты?
– Зачем? Я всего лишь букинист. Магия – не для меня.
Мисс Хайнц удивленно вскинула бровь.
– Ну-ну, – фыркнула она. А потом вдруг застыла, уставившись в пространство, будто к кому-то прислушивалась.
– Что-то не так? – насторожилась я.
– Духи с вами не согласны.
Какое-то время мы ели молча, наслаждаясь роскошным ужином. Я допила второй бокал ежевичного шампанского, и Арджун налил мне добавки. Голова слегка кружилась, в теле появилась приятная расслабленность.
– Имоджен говорит, вы писатель, – сказала Фрида. – Причем хороший.
Я пожала плечами.
– Это давно в прошлом. Теперь я торгую книгами.
Леди Имоджен нахмурилась.
– Так нельзя! Вы должны писать дальше!
– Может, когда-нибудь… – соврала я с натянутой улыбкой.
– Мы с Эйбелом старые приятели, – продолжала хозяйка дома. – Он удивительный человек! У нас были общие друзья в Сан-Франциско – Родригес Сантос и Джеки Хилл.
Обычно люди избегали говорить о моем муже, как будто он совершил нечто предосудительное. Его история заставляла задуматься о том, что жизнь несправедлива и жестока, а смерть неизбежна. Кому это понравится?.. С Родригесом Эйбел играл в одной рок-группе, а Джеки – начинающей писательнице – помог с первой публикацией. Как и большинство друзей, эти двое стали вдруг ужасно занятыми, когда он заболел. Нет, они хотели приехать – «честное слово!» – но так и не нашли время.
