— Каждый сразу узнает свою кровную родню,—нашелся Амр.
*
Наместник Ирака аль-Хаджадж долго боролся с мятежниками хариджитами, но никак не мог одолеть их. Однажды к нему привели одну из жен мятежников, которую удалось захватить в плен. Аль-Хаджадж сказал ей:
— Мы вырвем всех вас с корнем, до одного!
— Аллах нас сеет,— ответила она,— а ты будешь вырывать с корнем. Как ты думаешь, жто сильнее — ты или Аллах?
*
Муавия сказал Саххару ибн аль-Аббасу аль-Абди:
— Ты седой и краснолицый.
Саххар ответил, не задумываясь:
— Лучший сокол сед, а лучшее золото — червонное.
— Откуда в тебе такое красноречие? — подивился халиф, и аль-Абди ответил:
— Красноречие присуще роду Абд аль-Кайс, оно бушует у нас в груди, как бурное море, и выплескивается на язык, как морская пена на берег.
— Что же такое, по-твоему, красноречие? — осведомился Муавия.
— Мы говорим не ошибаясь и отвечаем не задумываясь,— молвил Саххар.
*
Эмир Абдаллах ибн Амир ибн Кариз сказал темнокожему Абдаллаху ибн Хазиму, желая уязвить его:
— Эй ты, сын чернокожей!
Ибн Хазим согласился:
— Да, моя мать была чернокожей.
— Эй ты, сын рабыни! — добавил эмир.
Ибн Хазим сказал:
— Всякая женщина рабыня. А ты берегись, как бы твоя стрела не попала в тебя же, ведь тебя тоже родила женщина, значит, и ты сын рабыни.
*
Абдаллах ибн Зубьян пришел к халифу Абд аль-Ма-лику ибн Марвану и стал беседовать с ним о делах. Потом халиф, желая посмеяться над Абдаллахом, спросил его:
— Что это за слухи распускают о тебе?
— Какие слухи? — осведомился Ибн Зубьян.
— Люди говорят, будто ты не похож на своего отца.
Ибн Зубьян сказал:
— Я похож на своего отца больше, чем вода в одном сосуде походит на воду в другом, и больше, чем один ворон походит на другого. Я могу сказать тебе, кто не похож на своего отца. Это тот, кто недозрел в материнской утробе и был рожден прежде срока.
Абдаллах намекал на халифа, который родился недоношенным.
*
Эмир Марван ибн аль-Хакам, разгневавшись на Хасана ибн Дальжда, обозвал его дураком. Хасан ответил: «Каким умным был бы эмир, если бы прежде, чем сказать, он думал!»
Аль-Мусаввир ибн Махрама, важный и почтенный человек, неоднократно выказывал свое возмущение тем, что халиф Язид ибн Муавия пьет вино. Когда халифу надоело слушать о поношениях аль-Мусаввира, он велел наказать его плетьми и дать столько ударов, сколько полагается за пьянство. И аль-Мусаввир сложил стихи:
Халиф прозрачное пьет вино, сорвав с бутыли печать,
Но аль-Мусаввира решено за этот грех наказать.
*
Халиф Сулайман ибн Абд аль-Малик попросил поэта Ади ибн ар-Рика прочесть свои стихи о вине. И тот произнес:
Как розы, в горном хрустале алеет темное вино.
Благословен его глоток, пронзает до костей оно.
Пылинка сквозь него видна, и хмурится оно, когда
Увидит чашу на столе, где брат его меньшой — вода.
Сулайман, услышав эти стихи, воскликнул:
— Ты пил вино, клянусь господом Каабы!
Ади ответил халифу:
— Повелитель правоверных, если тебя удивляет, что я сумел так точно описать вино, то меня удивляет, как легко ты узнал его по моему описанию.
Когда Биляля ибн Абу Барду назначили наместником Басры, Халид ибн Сафван сказал:
— Это пустое летнее облако, оно скоро рассеется. Узнав об этом, Биляль велел привести к нему Халида
и сказал:
— Ты назвал меня пустым летним облаком. Но учти — это облако, прежде чем рассеяться, поразит тебя громом.
И он приказал дать Халиду сто ударов плетью. После этого случая Халид часто посещал наместника и в глаза хвалил, а за глаза всячески поносил. Биляль отзывался о нем так: «В сердце Халида столько же чести и верности, сколько золота и алмазов в доме Абу-з-Зарда аль-Ханафи». А дело в том, что Абу-з-Зард был одним из самых бедных людей в Басре.
Начальником стражи у халифа аль-Махди служил некий ар-Раби, горький пропойца и гуляка. Он настраивал халифа против судьи Шариха. Однажды Шарих вошел к аль-Махди, и тот сказал ему:
— Я видел во сне, будто ты избегаешь встретиться со мной взглядом и отворачиваешь от меня лицо, словно замыслил недоброе. Я думаю, это был вещий сон и мне придется тебя, безбожника, казнить.
— Повелитель правоверных,— возразил Шарих,— твой сон мог оказаться не вещим, ведь ты все-таки не пророк Юсуф. И безбожником обозвал ты меня напрасно. Настоящего безбожника легко узнать по некоторым признакам.
— Что же это за признаки? — полюбопытствовал аль-Махди.
— Безбожники пьют вино, играют на танбуре и прелюбодействуют.
— Ты прав,— кивнул головой халиф.— Я сожалею, что позволил недостойному человеку оговорить тебя.
*
Когда Кутайба ибн Муслим завоевал один из городов, он захватил несметные сокровища, богатую утварь и всяческие диковинки. Он захотел показать все это людям и пригласил гостей из дальних земель и разных краев. Для их приема он приказал подготовить парадные палаты, где выставил самое драгоценное из захваченного добра. Во дворе установили такие огромные котлы, что поварам приходилось взбираться к ним по лестницам. Собрались приглашенные, и был среди них седобородый старец по имени аль-Хасин ибн аль-Мунзир ар-Раккаши.
