Миновав галерею, мы оказались в длинном коридоре. Путь нам подсвечивали голубые кристаллы, закрепленные на стенах, – явно работа ведьм. По периметру висели картины известных художников, искусно выполненные из цветочных лепестков, листьев и камней. У первой картины я провела не менее получаса, восхищаясь точностью, с которой была воссоздана работа великого Ла Раймейха.
Шейлар пошутил, что так нам и недели не хватит, чтобы все осмотреть, поэтому дальше мы старались нигде надолго не задерживаться. От меня это потребовало огромных усилий, ведь каждая деталь оранжереи заслуживала внимания.
Наконец мы добрались до первого зала. Высокую полукруглую дверь цвета сосновой хвои оплетала виноградная лоза, оставляя открытой лишь серебряную табличку с надписью: «Шархийя» и металлическую ручку в форме цветка.
Шейлар распахнул передо мной дверь, мы шагнули внутрь, и на мгновенье нам почудилось, будто мы очутились в портале. Перед нами был не просто зал. Казалось, мы действительно перенеслись в земли туатов, в заповедное поселение Шархийя.
Однако дверь была всего лишь дверью. Все, что мы видели перед собой, – результат кропотливой работы лорда Архитектора и его помощников.
Я читала об этом удаленном поселении в книгах, но даже не мечтала увидеть его так скоро. Возможно, однажды, когда-нибудь с Шейларом, но никак не здесь, в Лунных землях.
Высокие потолки разрезали деревья, с каждого свисала веревочная лестница, а в ветвях прятались маленькие деревянные домики, соединенные плетеными мостами. Я и представить не могла, каких усилий стоило воссоздать такое место. Точь-в-точь как на рисунках в библиотечных фолиантах!
Но это еще не все. В зале не было пола в привычном понимании – его застилала зеленая трава. Под потолком, казавшимся небесами, порхали бабочки и летали диковинные птицы с ярким оперением. Был даже журчащий ручеек, бегущий между покрытыми мхом камнями. На деревьях горели желтоватые кристаллы. Они источали не привычный голубой свет, а желтый, скорее, даже оранжевый.
Мы будто оказались в дикой природе. Находясь здесь, трудно было поверить, что за пределами этого зала раскинулась бесконечная череда коридоров, галерей и каменных колонн. Это было так удивительно, так прекрасно, что я невольно расчувствовалась. В наших Лунных землях столько театров, рестораций, гостевых поместий и так мало места для истинной красоты природы! Разумеется, у нас есть несколько парков и даже дивный водопад, но все это мы видим в ночи, нам недоступны сочные краски живой природы при свете дня. А в этом зале невозможное стало возможным.
Шейлар прижал меня к себе, и мы долго стояли обнявшись. Надо заметить, что Руби, прежде сохранявший относительное спокойствие, нашему примеру следовать не желал. Он резвился в траве, исследовал дно ручья и даже пытался ухватить за хвост зазевавшихся птиц. Мы с Шейларом только посмеивались, наблюдая за маленьким сорванцом.
В эту ночь мы посетили еще много залов, а казалось, что побывали в разных уголках Эреша. В каждом зале было свое освещение, свой уголок природы, свое настроение.
Я подумала о Нэше. Как приятно ей будет иметь возможность оказаться в родных местах, даже не покидая Лунные земли! Я ведь знала, иногда она сильно тоскует по дому.
В конце нашей прогулки мы оказались в зале под самым куполом и вышли на балкон. Отсюда открывался прекрасный вид на город: тонкий шпиль ратуши стремился в небеса, серебристые крыши модных лавок казались крошечными, а вдали виднелись очертания главного храма. Мы стояли, вдыхали свежий ночной воздух, любовались городом и думали каждый о своем. Даже Руби замер у Шейлара на плече, очарованный красотой полной луны и сиянием звезд.
Не знаю, сколько прошло времени, когда Шейлар решился нарушить молчание:
– Айви, помнишь, я писал тебе о полетах? Представляешь, если бы все это было возможно? Интересно, каково это, летать, словно птица? Парить над этим городом?
– Думаю, это полная свобода. Есть только ты, ветер и прекрасное ночное небо, – мечтательно вздохнула я.
Шейлар повернулся ко мне, коснулся моих волос и задумчиво проговорил:
– Знаешь, мои сны так реальны. Иногда я просыпаюсь и не могу поверить, что это всего лишь грезы. Шум ветра в ушах, ночная прохлада и восторг от полета! Как жаль, что это не более, чем легенда…
– На самом деле это не так, – тихо отозвалась я.
– Что ты имеешь в виду?
– Я написала тебе об этом в письме перед четвертым испытанием, но Руби так и не вернулся, чтобы забрать его, – нерешительно начала я, но под испытующим взглядом Шейлара все же продолжила: – Однажды, когда я была еще ребенком, в нашей домашней библиотеке я нашла дневник, принадлежавший моему предку. Там он описывал ритуал, который помог ему призвать воздушного элементаля и овладеть искусством полета. Я не помню подробностей: отец тогда увидел меня, отобрал дневник и сильно отругал, сказав, что все это очень опасно и мне не следует даже думать о таких вещах.
– Айви, ты должна принести мне этот дневник. Пожалуйста! Я должен его увидеть.
