Я хотела бы встать за твоим плечомВ тридесятом городе, синем, волчьем.Где от лампы настольной тепло течётИ в твоих руках засыпает молча.Я боялась бы выдохом ночь качнуть —Вот она, в гортани, с моей судьбою.Задержи мой голос в себе чуть-чуть —И душа в душе отзовётся болью.Я успею ещё умереть в глуши,В километры русские впутав косы,Там, где ждут своих поездов откосы,Осыпая камни на дно души…<p>Трава безликая, откуда взять любви…</p>Трава безликая, откуда взять любви,Чтобы к тебе склониться изумлённо?Но в сердце тьма, но в сердце ни ростка,Ни семени, ни борозды…Останови меня, останови,Когда я мимо прохожу бездомно,Пробей мне ступни, как снега река,До края неба, до звезды…Но тихо, будто под землёй живьём…И что я есть в молчании твоём?<p>Только запах один – мокрой глины и талого льда…</p>Только запах один – мокрой глины и талого льда.Только запах один – только дым, суета, ерунда,Но как больно, послушай, как хочется плакать и питьЭтот дым, эту боль, эту жизнь, этот яд, может быть…Растекается жизнь по лугам, по лугам заливным.И захочется так беспричинно шататься по ним…Но к полынному рву мимо них на телеге хромойПовезут, а на взгляд мой устало ответят: – Домой.– Как домой, если дом мой не в этой, в иной стороне?– Что ты знаешь об этом, – ответят смиряюще мне.– Что ты знаешь об этом, впустую проспав столько лет,Когда запахи, будто цветы, пробивались на свет?Когда почки ломило весною, а небо грозой,Ты без слёз проходила под небом и голубизной.– Но теперь я жива, что ж так поздно с возмездием вы?– А зачем же нам мёртвые, если мы сами мертвы?<p>Пронесутся птицы над водой…</p>Пронесутся птицы над водой,Неподвижной, как во тьме колодца.И в туманном воздухе сыромИх немые крылья зазвучат.Небо голубиное моёВ воды полинявшие прольётсяИ погасит солнца уголёк,И к земным притронется плечам.Здесь, в успокоении земном,В моросящем воздухе высокомРечью человеческой моейНе спугнуть божественную тишь.Ты, моя нездешняя любовь,Вырвешься из сердца одиноко —И к поникшей ветке над водойЖертвенно и немо полетишь.<p>На пыльном балкончике, свесившись над пустотой…</p>На пыльном балкончике, свесившись над пустотой,Раскачивать дым над сырой тротуарной чертой…И хочется неба, да веры чуть-чуть не дано.Ты помнишься мне, а другие забылись давно.Спешу мимо луж – этих бедных осенних витрин,И город звенит, будто в поезде чайный стакан.Я тысячу лет не звоню. Мы и так говорим,Как долгие реки, впадающие в океан.Перила трамвайные, выдох сердечных простуд,Пакетики чая, полночные книги в дыму.Как странно на свете, скажи? Наши дети растут.Откуда взялись – до сих пор до конца не пойму.
