Она ведь так хорошо все придумала. Гостем назначила Лизу Алферову[9] – известную блогершу, которая в соцсетях рассказывала о своей любви к старой Москве, а в последнее время часто постила контент, связанный с кошками и кошачьими приютами. Была у нее история с дивным глухим котом Тихоном, и Полина надеялась уговорить Лизу принести его в кафе. Раз уж кошки в «Книгах, кофе и хвостах» все, кроме Искры, будут приютские, логично посвятить первую передачу именно им.
– Потому что это слишком в лоб и не соответствует тому уровню, какой «Стримлайн» от нас хочет, – устало ответил Андрей, прошел на кухню и налил себе воды из фильтра. – Я же тебе показывал списки рекомендованных гостей. Почему эта блогерша? Она не самая яркая звезда, отнюдь.
Полина остановилась в дверях, скрестив руки на груди.
– Кажется, это мое шоу, несмотря на то что я не появлюсь в кадре.
– Шоу общее, – возразил Андрей. В кухню прихромала Искра, мявкнула, потерлась о его джинсы. – Я бы очень хотел впредь не получать по шапке за такое. Это было неприятно.
– Они станут контролировать каждый наш шаг? – сухо осведомилась Полина. Ощущать себя виноватой за хороший сценарий она категорически отказывалась. Он все равно не пропадет: можно связаться с Алферовой и вывести ее в прямом эфире на своем канале, минуя котокафе, но черт… как же обидно! И это на стадии, когда заведение еще даже не работает.
– Они обязаны это делать. Перечитай контракт.
– Почему ты разговариваешь со мной так, будто я ответственна за все грехи мира?
Андрей вздохнул, растер лицо ладонями, покачал головой.
– Прости. Длинный был день и неприятный. Мы отсматривали потенциальных ведущих.
– Что? Но…
– Да, да, я помню, что мы утверждаем их вместе. Мы с Эдгаром провели предварительный отсев, дабы не тратить твое время. Проект должен запуститься в сентябре, сценарии нам необходимы на полгода вперед, чтобы договориться с участниками. У нас полтора месяца осталось, а ничего еще не готово.
«Еще и я со своими фантазиями», – подумала Полина. Она знала, что ее сценарий хорош – но, может, он хорош исключительно для ее собственной программы? Здесь Москва, люди хотят другого. Надо запросить у Эдгара данные по целевой аудитории и сделать то, что захочет зритель. Кажется, именно так это работает?
Контракт на год, напомнила она себе. Ради Андрея. Он помог ей стать энской знаменитостью – Полина поможет ему покорить Москву.
– Я все переделаю. Кого вы хотите в первый эфир?
– Звезду покрупнее. Есть возможность договориться с парочкой актеров, которые снялись в нашумевших фильмах, вот из них и будем выбирать.
Ложась вечером в постель рядом с Андреем, обнимая его, вырубившегося в три секунды, Полина подумала: мама с папой просто другие. Им нужно, чтобы чувства пылали, искрились, чтобы вечно было горячо. А она, Полина, совсем не такая.
Ей уже на всю жизнь хватило огня.
Брат Саши Даниил оказался высоким молчаливым мужчиной. Встреть его Полина ночью на темной улице, возможно, не испугалась, но насторожилась бы. Он был тренированный – видно, что долгие часы проводит в зале, вряд ли такие бицепсы накачиваешь, работая медбратом. «Чрезмерно узкое его лицо подобно шпаге, – зазвучало в Полине, едва она увидела Маковецкого, – безмолвен рот его, углами вниз, мучительно-великолепны брови…» Цветаевские строки ложились на Даниила как родные. Из них можно было шить ему одежду.
На Полину Маковецкий при встрече посмотрел так внимательно, будто они встречались давным-давно, сто лет не виделись и вот теперь стоят друг напротив друга, жадно впитывая изменения: кто каким стал? Однако это была всего лишь иллюзия; с Сашей Полина уже успела обсудить знакомых – и общих не нашлось. Да и колоритную эту парочку, брата и сестру, забыть нельзя, если уж разок встретил.
– Спасибо, что согласились поработать с нами, – сказала Полина, пожимая руку Маковецкому. – Нам сейчас очень нужна помощь.
– Сашка и мертвого из земли подымет и заставит служить ее интересам, – Даниил усмехнулся краешком губ. – Я все равно пока ничем не занят и решил поддержать эту гнусную шантажистку.
– Я все слышу! – протрубила Александра откуда-то из подсобки.
Даниил действительно оказался мастером на все руки. Осмотрел помещение, сделал пару ценных замечаний, принес из минивэна инструменты и кое-что подправил. Отвез Сашу и Полину в огромный мебельный магазин и ходил за ними, словно телохранитель, пока девушки, дурачась, пробовали сидеть и лежать на разных диванах, стульях и креслах.
– Саша, представь, что ты приютская кошечка. Тебе тут удобно?
– Я очень хорошо поевшая кошечка, мне жестковато.
Все было не то. Через час Полину осенило: комиссионки! В винтажной мебели она не разбиралась, Маковецкие тоже, и был выловлен в московских глубинах некий Сашин знакомый Вадик, который наперечет знал все нужные магазины. В третьем из них нашлись и столы, и кресла, и даже буфет, в который Полина влюбилась с первого взгляда. Был он огромен, приземист и стоял на тонких ножках, словно лягушка вида злая щитоспинка; разгорелась нешуточная дискуссия: если загрузить в него посуду, выстоит или нет?
