– Мне все нравится, – проговорил Андрей, поворачивая ноутбук к ней. – А вот им – не очень. Смотри комментарии.
Под записью эфира, которую режиссер сразу отправил в сеть, благо «болванка» для этого была заготовлена заранее, один за другим появлялись комментарии. Часть людей хвалила шоу, отмечала, как хороша Цветкова, «ну и ведущая тоже ничего». Но большинство было совсем в другом стиле.
«Боже, что они сотворили?! Москвичи испортили нормальный эфир Дементьевой!»
«Полина говорила, она отвечает за сценарии, так что к ней претензий нет. Но что в кадре! Ладно Цветкова, она хорошенькая куколка. Но ведущая! Она ведь никакая! Может вести что угодно – от прогноза погоды до анализа неурожая кабачков!»
«Вы там вообще сдурели в вашей Москве?! Верните Дементьеву! Даже аватар был бы лучше, чем ЭТО!»
«Из живого авторского продукта сделали очередной целлулоидный пузырь. Разочарован».
– И так далее, – сказал Андрей, снова поворачивая ноутбук к себе. – В чате творилось примерно то же самое, поэтому я велел не передавать его в кадр. На фиг такие оладушки.
– И что нам делать? – спросила Полина.
– Звонить Ольховцеву. Он должен знать, что все пошло не так, как задумывалось.
Совещание собрали на следующий день. Полина взяла с собой Искру для моральной поддержки – кошка уже привыкла, что ее таскают туда-сюда по Москве, и относилась к этому с поистине буддистским спокойствием – и настояла, чтобы присутствовала Саша. Все-таки она сценарист и в шоубизнесе не последний человек. «Предпоследний», – усмехнулась Маковецкая, услыхав эту формулировку, однако от участия в мозговом штурме отказываться не стала, даже все другие дела отменила.
На сей раз из начальства присутствовали только Ольховцев и Савченко, остальных звать не стали. Ольга Дмитриевна пребывала в задумчивости: сидела, постукивая ручкой по столу, и смотрела предоставленные Андреем цифры. Число просмотров превысило сто тысяч, что было для стартапа очень и очень хорошо, однако реакция зрителей была однозначной. «Мы хотим Дементьеву».
– Аленка рыдает, – вполголоса сказала Саша, обращаясь к Полине, но слышали, конечно же, все. Тишина в переговорной царила такая, что щелчки ручки по столу звучали как выстрелы. – Расстроилась, конечно, ведь отлично отработала. Эх, зритель, что ж ты так…
– Информация о том, что ведущая плачет, очень актуальна, спасибо, Маковецкая, – сухо произнесла Ольга Дмитриевна, не отрываясь от просмотра распечатки.
– Ну а что? Жалко же человека.
– Жалко у пчелки, а нам надо решать, что теперь с вами делать.
Полина не удержалась и фыркнула, за ней несмело заулыбались и остальные: так забавно было услышать о пчелке из уст рафинированной Савченко.
– На вашем месте я бы не веселилась, – Ольга Дмитриевна обвела всех взглядом. – Цифры, конечно, красивые, но реакция общественности ужасающая. Я слушаю ваши предложения.
– Мы в любом случае получили резонанс и подогрели интерес публики, однако к следующему эфиру нужно утвердить генеральную линию партии, – сказал Эдгар, устало откидываясь на спинку кресла. Саша сочувственно на него смотрела, явно мучимая желанием накормить и обогреть. Хотя какое там обогреть, жара тридцать градусов… – Вариантов несколько. Первый: мы оставляем Кудрявцеву в кресле ведущей, Дементьева на своем канале просит подписчиков отнестись к ней снисходительно и дать проекту раскрутиться. Алена прекрасно смотрится в кадре, она профессиональная ведущая, и со временем зрители ее полюбят. Однако тут мы рискуем получить отток публики. Все-таки в основе проекта – авторское шоу, и естественно, что публика возжелала именно автора. Вариант второй: мы идем у зрителя на поводу, даем эфиры Дементьевой, но не показываем ее в кадре, подогревая интерес. Этот вариант я считаю довольно слабым, так как все уже знают, где именно проходят записи эфиров. Вопрос времени, когда кто-нибудь сфотографирует Полину и выложит снимок в сеть, а значит, незачем и устраивать тайны мадридского двора. Вариант третий: Дементьева присутствует в кадре. Какая есть, без аватаров и ретуши, и не смотрите на меня так, Ольга Дмитриевна! Гримировать ее каждый раз, как эльфа в Средиземье, будет не так-то просто. Ну и вариант четвертый, упаднический: мы все закрываем, говорим команде спасибо, продаем помещение заинтересованным лицам, а котов возвращаем в приют.
– Не-ет! – провыла Саша. – Только не четвертый! Эдгар, не бросай нас в терновый куст!
– Похоже, мы в нем уже сидим, – покачал головой Ольховцев.
Полина подумала.
– Мне кажется, что надо дать Алене шанс, но… Эдгар Станиславович прав: мы рискуем потерять аудиторию. Я нарабатывала доверие годами, и если сейчас подписчики решат, что я продалась за большие деньги и мне неважно их мнение – а в данном случае оно, увы, однозначное, – то отток будет большим.
– Алена очень хорошо смотрится в кадре, – осторожно повторил Андрей слова Эдгара, – может, если ты объяснишь подписчикам еще раз, в чем дело…
– Ты сам работаешь с аудиторией. Сам все понимаешь. Я могу объяснять до бесконечности – и без толку. Но мы можем попробовать.
– Я бы голосовал за Алену.
