Горло сдавлено, дышать невозможно. Всё расплывается, и в заснеженном саду растворяется силуэт маленькой всадницы на чёрной лошади. Плащ развевается. В последнюю секунду вслед девчонке летит мощное отцовское проклятие.
— Это не со мной, всё это не со мной, — процедил Кочергин и почувствовал, как больно ударился коленями обо что-то твёрдое.
Острая боль прочистила разум. Он бросил ковёр обратно и упёрся руками в пол, пытаясь отдышаться. Где-то рядом надрывно вскрикивала Яна. Её голос, отдающий болью и отчаянием, чуть разогнал марево.
Кочергин растёр руками лицо, помотал головой. Яна лежала на полу, раскинув руки, будто придавленная. Челюсти сжаты, вся крупно вздрагивает и вскрикивает, как от острой боли.
— Эй! — опасливо позвал Кочергин. — Эй, Яна!
И он слегка ткнул её в руку. Яна в ответ только как-то странно выгнулась и застонала. Тогда Кочергин мысленно приготовился к худшему, взял Яну за плечи и сильно встряхнул. И да, тут же получил мощный удар в грудь, опрокинулся, ударился затылком об пол (хорошо, что там толстый ковёр). Над ним появилось искажённое болью и яростью лицо Яны в спутанных рыжих волосах. А потом ему резануло по лицу.
Кочергин непроизвольно вскрикнул и спихнул ведьму, она отлетела и гулко стукнулась о стену. Скорчилась и заскулила.
— Яна! — по возможности мягко позвал Кочергин, подползая. — Яна, всё прошло. Это не с тобой было.
И Кочергин приобнял плачущую Яну за плечи.
— Это неправда. Не с тобой было, — повторил Кочергин, похлопывая Яну по плечу. — Да и вообще не было ничего. Не было.
Яна шмыгнула и отстранилась. Растрёпанная и заплаканная. Недоверчиво глянула на Кочергина. Размазала по лицу слёзы, смешанные с косметикой.
— Чтобы она сдохла, тварь паршивая, — злобно процедила Яна.
Кочергин в ответ только выдохнул, потирая грудь, куда его мощно пихнула Яна. В полку тех, кто желал картине смерти, прибыло.
— Давай спалим тут всё к крысиным хвостам, — вдруг твёрдо произнесла Яна.
— Не стоит, — попытался придать голосу мягкости Кочергин. — Соседей зацепит. А они-то уж точно не виноваты, что Элина притащила сюда эту мерзость.
— Чтоб этой Элине там все космы повыдирали, — прохрипела Яна. — И клеймо на заднице выжгли, как шлюхе.
— Она своё уже получила, — вздохнул Кочергин, садясь на пол. Потёр шрам. Всю щёку резко защипало. Кажется, шрамов на лице у него сегодня стало больше.
— Ой, прости, — виновато сморщилась Яна. — Я не специально.
— Я понимаю, — выдохнул Кочергин, гадая, как будет объяснять свой предновогодний вид жене. — Что нам теперь с картиной делать?
— Может, просто позвонишь заказчице? Пусть она сама сюда приедет. — Яна, кажется, полностью пришла в себя, потому что достала зеркальце.
Когда услышала, как Кочергин глухо захохотал, опасливо на него покосилась.
— Что, не поняла? — между приступами хохота, побулькал Кочергин. — Да она уже в пути. Мчит сюда на всех серных парах.
— Кто? — недоверчиво спросила Яна, чуть отодвигаясь.
— Да Малова, — обречённо выдохнул Кочергин. — Это же она всё устроила, разве не ясно?
Яна только помотала головой.
— Малова вышла замуж за богатенького, но не сильно умного мужика, — произнёс Кочергин, глядя в одну точку. — Он ей разболтал про своих предков. Малова разузнала про картины, втёрлась в тусовку местных коллекционеров, где верховодит Ларион. Анонимно заказала Чанге картину, потом уболтала своего муженька её купить. Развод-то у них был фиктивным. Ну а когда он скопытился, прибрала к руками наследство. Только вот картина — тю-тю. Уплыла.
— Элина её спёрла, — произнесла Яна, убирая зеркальце.
— Скорее всего, — проговорил Кочергин, упираясь локтем в колено, — Элину наняла сама Малова. Ну, чтобы после развода присматривать за благоверным и не пропустить момента, когда он отдаст богу душу. И заодно чтобы все поверили, что развод у них самый настоящий.
— Недооценила эскортницу, — улыбнулась Яна.
— Точно, — кивнул Кочергин. — Ну а дальше она призвала албастов, а заодно наняла меня. Ей же сказали, что я из вашей компании. А значит, теперь за картиной будет охотиться весь наш Мрачный круг. Хотя вряд ли она собиралась мне заплатить. Наверное, рассчитывала, что мы найдём картину, и она её просто заберёт. А если мы при этом сгинем, то вообще всё будет отлично.
— Вот же тараканья задница, — выплюнула Яна.
Кочергин снова кивнул:
— Элина сама себе приговор выписала. Лариона они тряхнули, да без толку. Ну а нас гоняли для приличия, чтобы мы не тормозили.
Яна помолчала, потом спросила:
— Как ты догадался?
— Я ценитель женских ног, — масляно улыбаясь, промурлыкал Кочергин.
Яна звонко щёлкнула его по носу.
— Я серьёзно, — улыбнулся Кочергин, потирая нос. — По ноге узнал. Мы пару раз видели её следы, а эти отпечатки довольно характерные. Носки чуть повёрнуты наружу. Так обычно ходят танцоры балета. А Малова бывшая балерина. Я тогда сразу отметил, что у неё и осанка соответствующая, и походка. Потом проверил, всё сошлось. Увы, слишком долго складывал крестик и нолик.
Яна несколько минут хмурила брови, будто перепроверяя то, что рассказал Кочергин. Потом уважительно похлопала его по плечу:
— А ты молодец.