Никаких препятствий путешественники не встретили, не считая бурелома, который они не обошли, как сделал бы любой, а показали присущую только круштанам ловкость, цепляясь за сучья и балансируя на поваленных стволах. Но им надо было проверять не только основные тропы, но и прочёсывать местность вокруг них – вдруг Лилле оставил там какие-то следы или Крум.
Бесполезно. Они не встретили даже костровища – люди давно не посещали эти леса. Тем многое потеряли – места были чудесные.
Если здесь и водились крупные хищники, то слишком сытые, чтобы угрожать людям. Зато сколько удовольствия путешественникам доставило созерцать озорных белок и шаловливых зайцев, слушать лесных птиц, встречаться со стадами пятнистых оленей и косуль. Деревья были столь красивы, словно выросли не сами по себе, а по воле эстетствующего волшебника. Каждая лужайка словно приглашала позагорать, ручей – напиться, а озерцо – искупаться. Это был бы рай для любых влюблённых. Но не для ребят, охваченных тревогой за близких.
Когда до дорожного камня остался день пути, Варэк и Келли наконец наткнулись на костровище. Порывшись в траве, они отыскали обглоданные кости птицы и сломанную стрелу самострела.
– Видишь зарубку? – с волнением сказала Келли. – Так староста – он помогал нам со сборами – помечает свои стрелы, чтобы не перепутать, где чьи, на охоте.
– Ты точно ничего не путаешь? – засомневался в словах девушки парень. – Разве простолюдинам разрешено охотиться?
– На птицу – да. Тоже мне, знаток нижнего мира!
В другое время Непоседа бы непременно обиделся и устроил перепалку, но сейчас даже не заметил подначки.
– Получается, Лилле не пошёл к истокам Орты, после первого же ночлега он свернул, – растерянно произнёс Варэк. – Но куда? И главное, почему? Он же так боялся опоздать в предгорья!
– Будем реалистами, это невозможно узнать. Поспешим, любимый. Мы потеряли надежду встретить твоего друга, но ещё можем успеть к моему брату.
Когда лес уже стал заметно редеть, они убедились, что всё-таки не все его обитатели безопасны для людей.
– Его клыки кажутся очень острыми, но мой клинок длиннее! – сказал Варзк, обнажая меч, да не тот короткий, который ему вручили на круште, а настоящий, судя по богато украшенной рукоятке, рыцарский, который он позаимствовал из арсенала на Короле Крови. – Прикрой меня.
– Куда ты, дурень? – успела остановить его Келли. – Эта тварь опаснее, чем ты думаешь.
Степную фауну с панциря крушта изучать проще, чем лесную, а единой программы у учителей Миртару нет, поэтому неудивительно, что Варэк не узнал животное, которое загнало девчонку лет одиннадцати на дерево.
– Брось, Келли, это же просто большая свинья. Точно таких же мы видели в деревне, но только без клыков и щетины.
– Это не свинья, это кабан.
Варэк сразу умерил браваду. С кабаном себя сравнивал покойный Гуго Исполин, а значит, это животное было опасным противником.
– Пока ты напрашивался в приёмыши барона, Джосси – помнишь его? – чуть не стал жертвой одного такого зверя. Не знаю, зачем его потянуло в лес, но выручать парня пришлось всем, кто услышал его вопли с дерева. Позабыв про запрет крестьянам бить серьёзную дичь, в страхе за ближнего люди садили, что есть мочи, из самострелов и луков. Но кабан носился, как угорелый, даже получив два десятка стрел – правда, не моих, мы с Лилле были только свидетелями.
– Почему вы мне сразу об этом не рассказали?
– А ты вспомни, каким было ваше возвращение. Келчи так с порога завопил, что его хотят сжечь на костре.
Варэк поинтересовался, что успела узнать Келли о кабанах.
– Они свирепы, но терпеливы. Кабан будет ждать весь день, пока девочка свалится с дерева. Потому что видел, как она туда забралась. Но если мы заберёмся незаметно на соседнее дерево, он даже не поймёт, откуда летят стрелы. Слабое место этих животных: они не могут задрать голову.
Взобраться на дерево, не хрустя ветками, показалось бы сложным для кого угодно, но не для славящихся своим искусством лазания по любым поверхностям, вплоть до отвесных скал, небесным кочевникам. Кабан действительно не увидел, откуда летит первая стрела, и носился без толку по поляне, пока его не сразила насмерть третья. Двадцати не понадобилось – ни один из обитателей нижнего мира не сравнится в стрельбе из лука с круштанами.
Девочка, судя по одежде, не из бедной семьи, до слёз обрадовалась своему спасению. Из её Странникуса ребята Миртару поняли, что она убежала, поссорившись с отцом – богатым торговцем.
– Да, я помню, среди караванщиков были дети! – воскликнула Келли. – Хвала духам! Купец дождался нас.
– И теперь, когда мы спасли его дочь, он не будет злиться из-за упущенной выгоды! – Варэк был уверен, что сделал правильный вывод.
Да, действительно, отец очень обрадовался, когда они привели ему дочь. Вот только это был совсем другой купец, просто устроивший привал возле того же дорожного камня. А куда ушёл тот, кому, получается, Келли оставила в заложниках родного брата, было совершенно непонятно.
– Вспомни, любимая, вспомни: куда собирался тот тип, с которым у вас провалилась сделка по хитину?
