По спине Варэка пробежал холодок. Впрочем, Келчи и сам не горел желанием вернуться в правительственный квартал, где, по крайней мере, один человек знал его не как гостя из Малькирики, а как обычного курьера.
– Хорошо, я зайду к нему через три дня. А сейчас мне надо прогуляться!
– Разве что до эшафота! – раздался голос от дверей. – Хотя эшафота для тебя мало. Думаю, по такому случаю пора приоткрыть крышку над Котлом с костями.
В дверях стояли Септиум Гарай и восемь гвардейцев.
– Не кличь беды на себя и на свой город! – возвысил голос Келчи. – Или в ваших арсеналах завелось что-то равное Малькирикскому Огню? Кто-то ещё научился прожигать броню и плавить стены?
Упоминание о страшном оружии Малькирики, оружии, которым, если бы её правители хотели, завоевали бы весь мир, кроме разве что неприступных крепостей Талледо, заставило даже грозных гвардейцев Фунда Беловолосого попятиться назад. И только Септиум Гарай встретил смехом угрозы Келчи.
– Ха-ха-ха! Уже сдаю тебе ключи от города. Ха-ха-ха!
Затем советник напустил на себя мнимую серьёзность и пообещал половину городской казны оскорблённому дипломату, если только он сумеет доказать свой статус.
– Нет ничего легче, – дал подсказку Септиум. – Только надень на палец представительское кольцо.
Келчи с обречённым видом протянул руки гвардейцам, чтобы они надели на них кандалы.
– Сам виноват, нечего было смеяться надо мной, – шепнул Септиум, подойдя вплотную к разоблачённому инкогнито. – Даже девочкой переоделся ради глупого розыгрыша!
Келчи с изумлением выслушал новое обвинение и посмотрел вначале на Септиума, потом на Варэка.
– Я тебе потом всё объясню! – воскликнул на круштанском Варэк. – Просто надень кольцо, которое я тебе подарил! Тайна раскрыта! Всё началось с того, что хозяин ночлежки нашёл в твоих пожитках представительское кольцо. Самое редкое на континенте, а может, и в мире!
Лицо Келчи, и без того невесёлое, стало ещё унылее. Выяснилось, что бесценное кольцо он потерял, так ни разу и не надев, во время одной из гулянок.
Когда гвардейцы увели Келчи, Варзк остался с Септиумом наедине.
– Почему не арестовал и меня? – спросил подросток.
– Чтобы ты мучился, наблюдая за казнью друга, – ответил советник. – На многое можно было бы посмотреть сквозь пальцы, но, разыграв меня, он слишком далеко зашёл.
Варэк попробовал убедить Септиума, что он обознался, Келчи никак не участвовал в той истории, но сделать это, не раскрывая Келли, было невозможно.
Оставалось воспользоваться единственной магией нижнего мира – магией денег.
И тут случилось невообразимое. Варэк так привык, что одно упоминание хитина заставляет всех, кроме круштанов, терять голову, что равнодушие Септиума сбило его с толку.
– Повторяю. Я связан с небесными кочевниками. Я помогу тебе добыть много хитина в обход купцов Хитиновой Гильдии. Это хорошие деньги.
– Это ты так думаешь. Уже следующим летом хитин упадёт в цене. Как сильно, я ещё не знаю, но упадёт. Поэтому никаких расчётов в этой валюте.
Когда Варэк узнал, откуда у Септиума сенсационные новости, то всерьёз обеспокоился за рассудок верховного советника. Даже сверяющий судьбу городской казны с картой звёздного неба советник по торговле казался ему более нормальным.
– Нет, ты серьёзно? Что понимает король Талледо в торговле? Он умеет только воевать!
– А я умею добывать нужные мне сведения. И если говорю, что хитин непрогнозируемый актив, значит, так оно и есть. Пока, мальчик. Увидимся на казни. Надеюсь, твой друг славно повизжит перед смертью!
– Давай, Келли! Сделай это! Он просто недостоин жить!
Варэк и в самом деле не видел иного выхода. Келли, правда, видела – рассказать правду. Она была уверена, что за этим Варэк и потащил её к Септиуму Гараю. Но выяснилось, что совсем не за этим, да, собственно, и не к нему самому, а к его дворцу, точнее, к точке, с которой он хорошо просматривался.
– Даже Фунду Беловолосому не пришло в голову опасаться этой башни – сколько же их, ты права, глупых и помпезных в городе. Никто его не винит: он не знает, на что способен круштан с луком. Точнее, теперь знает, но мне алиби обеспечат стеклодувы, а о тебе ему ничего не известно.
Варэк даже обиделся на Келли – как она могла подумать, что он выступает в роли сводника, чтобы, удовлетворив похоть, советник простил и настоящую обманщицу, и невинную жертву. А теперь настал черёд обижаться Келли.
– Не нравится ему, что я так подумала! А, значит, превратить меня в убийцу – это лучше?
Они стояли вдвоём у подножия высокой, но некрасивой башни. В одной руке у Келли был лук, во второй – стрела, а на ноги, чтобы было удобнее взбираться по стене, Варэк её уговорил надеть свои шипованные ботинки (пришлось раздобыть две пары шерстяных носок, чтобы девичья нога не болталась). Полный комплект для дерзкого выстрела. Дело оставалось за малым – уговорить стрелка.
