– Я хочу вернуться в Берлин и быть рядом с вами, мой фюрер! В крайнем случае дозвольте мне пойти в разведку и найти свою гибель на поле боя.
– Не говорите глупостей, Риббентроп! – резко ответил Гитлер. – Пока ещё вы рейхсминистр, а не фольксштурмовец! Законы гестапо на вас не распространяются! Будьте спокойны! Я приказываю вам покинуть зону боевых действий и ждать дальнейших указаний.
– Как прикажете, мой фюрер!
– Риббентроп! Вы должны убедить их объединить силы нордических народов против азиатско-большевистских орд. Лучше всё это я советую вам изложить в письме к Черчиллю.
Возникли помехи.
– Связь разъединена, герр рейхсминистр!
– Почерк фюрера чувствуется даже в таких мелочах! – в ответ Риббентроп улыбнулся таким словам. – Ну что же! Заводите машину! Нам ничего не остаётся, как ехать на север, к Дёницу.
Гитлер напрасно возлагал свои надежды на то, что Фегеляйн способен сформировать батальон. В СС решили: подождём, увидим, время покажет. Гиммлер вёл свою игру, он уже примеривал на себя роль фюрера, в чём ему способствовал Шелленберг. В подтверждение этого Фегеляйн поехал не в Науэн, а в Хохенлихен – к Гиммлеру.
Он застал рейхсфюрера в зелёной форме Ваффен-СС, который в это время призвал всю свою волю, чтобы сохранить внешнее спокойствие. Шелленберг сидел рядом, своим молчанием показывая Фегеляйну, свою заинтересованность услышать от того последние новости из ставки Гитлера.
– Извините, рейхсфюрер, – виновато произнёс Фегеляйн, – что напрасно заставил вас прождать на полпути в Науэн. Туда я не поехал.
– Наконец я слышу голос из бункера! – кончиком пальца поправив на переносице очки в роговой оправе, произнёс Гиммлер и тут же не преминул поинтересоваться:
– Почему, Герман, вы туда не поехали?
– На то были причины, рейхсфюрер! – стал отвечать Фегеляйн. – Это поразительно! Я, кажется, начинаю сходить с ума, рейхсфюрер. Фюрер видит победу в поражении, хотя все вокруг него знают, что Берлин находится на грани падения. Сегодня я говорю это вам, рейхсфюрер СС, потому что для генерала СС должна существовать возможность откровенно высказаться. Вы всегда были в моей жизни великим покровителем, строгим руководителем и всегда готовым помочь товарищем.
– Не поддавайтесь панике, Фегеляйн! – посоветовал Гиммлер. – Не всё так плохо, как вам может показаться. Защитники берлинских стен будут бороться до последней капли крови, надо, Герман, всё происходящее воспринимать хладнокровно, и вот тогда будет ясна истинная картина событий.
– Рейхсфюрер! – слегка взволнованным голосом произнёс Фегеляйн – Ваши самые плохие прогнозы начинают сбываться. Фюрер добровольно обрёк себя на смерть, он разъярён тем, что СС бросили его в беде.
– СС не бросало фюрера никогда, заметьте себе, Фегеляйн! – произнёс Шелленберг. – Но время и Германия не простят нам, если со смертью фюрера перестанет существовать и немецкая нация.
– Я не стану с вами спорить, Вальтер! – смиренно произнёс Фегеляйн. – Я охотно поделюсь с вами той мыслью, как фюрера глубоко почитают его солдаты, как сильно, даже в эти дни краха, они привязаны к нему. Даже если иногда его приказы безжалостны и воспринимаются как жестокость, они вызывают чувство, что ими руководит их фюрер – Адольф Гитлер.
– Вы заметили, Фегеляйн, что фюрер не способен повлиять на события, что в скором времени произойдут в Берлине! – сказал Гиммлер. Шелленберг хранил внешнее молчание, однако на самом деле ловил каждое слово Гиммлера.
– Да, рейхсфюрер! – согласился Фегеляйн – Но люди СС, как вы говорили, всегда будут смотреть в глаза смерти.
– Всё это правильно, Фегеляйн! – произнёс Гиммлер. Лицо «магистра СС» превратилось в маску страха и ненависти. – Но у вас, как и у меня, жена. Стоит ли всем нам рисковать жизнью ради человека, который вверг нашу страну в неисчислимые бедствия?
– Но это измена, рейхсфюрер! – Фегеляйн испугался того, что произнёс. – Если о нашем разговоре станет известно фюреру, нам не поздоровится.
– Будьте спокойны, Герман! – произнёс Шелленберг. – Этот разговор, я вам обещаю, не выйдет за пределы этих стен.
– Смотрите, Фегеляйн! – предупредил Гиммлер. – Ночные попойки у Бормана до добра вас не доведут.
– Остерегайтесь рейхсляйтера, Герман! – призвал к осторожности Шелленберг. – Он очень коварный человек. Сегодня до нас дошли известия о том, что своими интригами он свалил Геринга. Вне всякого сомнения, не пожалеет он и вас, если вы не встанете на сторону рейхсфюрера. За нами – реальная сила. Подумайте об этом, Герман!
– Вальтер! – Гиммлер снял очки и устало полуприкрыл глаза. – Передайте Фегеляйну чемоданчик о наших переговорах с Бернадоттом. Фегеляйн человек неглупый, а из всего прочитанного сделает для себя правильные выводы.
Приняв из рук Шелленберга чемоданчик, Фегеляйн утвердительно кивнул. С минуту он задумчиво глядел перед собой, затем сказал:
– Рейхсфюрер! Я высоко ценю ваше доверие! Всё, что мне остаётся, так это выполнять то, что вы прикажете.
– Спасибо за преданность, Герман! – поблагодарил Гиммлер. – Будьте осторожны, и как только вы прочтёте эти документы, постарайтесь от них избавиться.
