— Я не знаю, как это получилось в первый раз, — подхватила нить рассказа Юля. — Я только помню, что сильно заболела. Я очень не хотела умирать. Однажды ночью я увидела больные клеточки внутри — каждую из них. А потом увидела девочку. Она стояла одна в золотом свете и тянула ко мне ручки. И я поняла, что могу отдать ей больные клеточки. И отдала. Я не знала, что она настоящая и что она моя сестра. Я думала она ангелочек, живущий на небе рядом с мамой и папой.
— Она ни в чем не виновата. Я сама разрешила ей. Она была вся темная. Очень темная. Больная. Если бы я не помогала ей, то она скоро умерла бы.
— А потом, когда клеточек накапливалось много я снова и снова отправляла их Крис. Снова и снова.
Глаза Юли вновь наполнились слезами.
— Девочки мои! — Ирина опустилась перед ними на колени и крепко обняла двойняшек.
— Ты когда-нибудь слышал о таком? — спросил Захар у Митрофанова.
— Нет. Случаев телепортации, тем более живой ткани у нас не зарегистрировано.
— Телепортация и общение через поля, — добавил Воеводин.
— О чем ты? — не понял Захар.
— Они могут общаться с помощью полей. Несколько странный способ, но эффективный.
— Он говорит правду?
Девочки закивали.
— Это только сейчас получилось, когда мы встретились, — сказала Юля.
Громко пискнул коммуникатор Багирова. Захар взглянул на экран и улыбнулся.
— Ира, твоего мужа привезли.
— Что? Где он?
— Сейчас его везут в медицинский центр.
— Я должна видеть его! Можно девочки пойдут со мной?
Захар на секунду задумался, а потом произнес:
— Нет, неизвестно в каком состоянии Влад. Пусть они останутся здесь. Мне так будет спокойней.
— Возможно, ты прав, — не настаивала Ирина.
— Хорошо, Егор, тогда проводи ее и сразу возвращайся.
Вновь ожил коммуникатор. Увидев номер звонившего, Захар поспешил ответить.
— Да! Кто? Как он на нас вышел? Не убежище, а проходной двор! Чего он хочет? Хорошо. Выведи в конференц-зале на большой экран.
Багиров дал отбой и оглядел всех с недоуменным взглядом.
— Что случилось? — спросил Воеводин.
— Маврикий звонит.
На лицах присутствующих промелькнула тень испуга, а в следующее мгновение ожил большой плазменный экран над столом, и освещение в зале ослабло. На экране появился Маврикий, одетый в строгий костюм и белую рубашку под бардовым галстуком. Выглядел профессор шикарно. Седые волосы гладко зачесаны, а лицо профессионально загримировано.
— Не слишком ли пафосно, — решив с ходу выбить оппонента из колеи, произнес Багиров.
Маврикий ухмыльнулся.
— Ничего другого я от тебя не ожидал. Вынужден тебя разочаровать, через пять минут у меня будет встреча с английским послом и весь этот, как ты говоришь, «пафос» для него. Я, собственно говоря, чего позвонил… Во-первых, всем здравствуйте! А во-вторых, ваша база окружена. Я стянул к ней столько войск, что раздавить вас — дело одного часа. Не спрашивайте, как я вас выследил. Вы порядочно наследили и на Земле, да и в космосе тоже. Как истинный джентльмен предлагаю вам сдаться.
— Сдаться?
— Да. Сдаться. Смириться с существующим укладом вещей и жить в мире с остальными людьми.
— Слышь ты, миротворец, — не выдержал Воеводин, — думаешь, мы не знаем, что ты ставишь эксперименты на людях завтрашнего дня?
— А-а-а, — улыбнулся Маврикий, — это ты! Тебе-то грех жаловаться. Говорят, после моей операции ты стал очень быстрым. Надеюсь, нам скоро удастся пообщаться с глазу на глаз. Возможно, ты лучшее из моих творений.
Последние слова заставили Воеводина почувствовать себя грязным уродцем в руках всемогущего профессора, и он непроизвольно вздрогнул.
— Но прежде, чем вы дадите ответ, я хочу, изложить вам мотивы моих поступков. Есть у меня подозрение, что вы считаете меня чуть ли не злым гением человечества. Так вот, пару лет назад я узнал о людях завтрашнего дня и понял, что человечество стоит на пороге разделения на два вида. В нашей истории такое случалось не раз. Любимый ваш пример: противостояние между неандертальцами и кроманьонцами. Последние выжили и дали потомство, а первые канули в Лету. Так вот, узнав о людях завтрашнего дня, я подумал, что род человека разумного должен имеет шанс на выживание.
— Подожди-подожди, — вскинув руку, перебил Захар. — То есть в нас ты увидел угрозу человечеству? Но ты же прекрасно знаешь, как мы прятались, избегая огласки! И ты точно знаешь, почему! Ваш вид является смертельной угрозой для нас. И нынешняя ситуация тому подтверждение.
Маврикий печально покачал головой и горько усмехнулся.
