Нам выделили гостевой ресторанный зал. Золотая и серебряная посуда вычурных форм дополняет помпезную роскошь интерьеров. На раздаточном столе деликатесы соседствуют с простыми, народными блюдами, в воздухе витают ароматы свежевыпеченного хлеба, изысканных сыров и копченостей, и во мне просыпается неимоверный аппетит.
Среди деликатесов расставлены фигурные тарелки из армянского лаваша с копченой уткой в яблочном соусе, с бараниной под клюквой и разнообразными закусками из морепродуктов, включая устрицы и креветки. На серебряных блюдах разложены сырные, колбасные и рыбные нарезки, а в широких приплюснутых вазах – изысканные фрукты и десерты.
Я мысленно прощаюсь с рельефным прессом, но мое внимание привлекает сцена, разыгрывающаяся в противоположном углу зала.
– Ты снова хочешь упиться в хлам?! – зло спрашивает Цесаревич Апраксина и Олег ставит на стол недопитый бокал. – Мне едва удалось спровадить Бестужева из дворца! Сколько раз просил тебя не нажираться как сапожник! Неужели так трудно держать себя в руках?!
– Я был неправ, – отвечает Апраксин, понуро свесив голову – он старательно прячет глаза, чтобы Алексей не заметил плещущийся в них гнев.
– Неужели ты думаешь, что отделаешься извинениями? – Цесаревич качает головой с недоумением. – Ты чуть не испортил нам двухнедельный отдых! Если хочешь провести его под чутким надзором Бестужева – отжигай дальше, но имей в виду: мы просто спровадим тебя домой! К привычным оргиям в вашей высотке!
Апраксин молчит и все так же смотрит на мраморные плиты пола. Его виноватое лицо явно раздражает Цесаревича, и он сыплет угрозами, распаляясь все больше и больше.
– Я все понял, Алексей! – виновато произносит Апраксин и сокрушенно кивает.
Цесаревич молча гипнотизирует Олега еще с полминуты, а затем выражение его лица меняется. Венценосное чело разглаживается, губы расплываются в радушной улыбке, а взгляд обращается на остальных.
– У нас в программе прекрасный завтрак с Крымским шампанским, дамы и господа!
– Теперь узнаю нашего Цесаревича, – шепчет мне Трубецкой с глумливой ухмылкой, – а то в последнее время он сам не свой!
– Алексей всегда командует? – спрашиваю я.
– С детства! – отвечает Трубецкой
Возможно, Цесаревича гнетет тяжесть его положения и постоянное нахождение под пристальным вниманием, и он пытается соответствовать ожиданиям. А меня воспринимает как чужака, как случайного попутчика в поезде, с которым можно сбросить маску и быть самим собой. В этом мне еще предстоит разобраться.
Столики на двоих в ресторанном зале невелики и расставлены довольно далеко друг от друга, что создает атмосферу уединения и приватности. Роскошное классическое оформление зала соответствует архитектурному стилю дворца. Я словно переместился в прошлое, где каждая деталь интерьера погружает в атмосферу элегантности и величия.
Я оглядываю свой наряд: белая футболка с изображением могучего бурого медведя в имперской короне, черные шорты до колен и спортивные кеды. Все остальные одеты примерно так же, даже наши красавицы совершенно не чувствуют дискомфорта, хотя среди мрамора и позолоты мы выглядим как электрические лампочки в бронзовых канделябрах.
Не сговариваясь, мы с Трубецким занимаем один столик. Краем глаза я замечаю, что Наталья Романова следовала по направлению ко мне, но увидев плюхнувшегося напротив Андрея, сменила траекторию и составила компанию Елене Воронцовой.
Даже не знаю, с кем бы я предпочел разделить трапезу, если бы у меня был выбор. Цесаревич присоединился к Нарышкиной, Юсуповы ожидаемо заняли общий столик, и только Апраксин уселся в углу вдалеке от всех.
– Хорошее начало дня! – заявляет Андрей, лучисто улыбаясь, и жестом подзывает официанта. – Предлагаю за это стоит выпить!
Официант склоняется над столиком и наполняет фужеры шампанским. Пить настроения нет: компания этих испорченных юношей и девушек мне не нравится, и предстоящие две недели отдыха представляются нескончаемой пыткой. Но я надеваю на лицо широкую искреннюю улыбку, киваю Андрею и беру в руки фужер.
– Наступило время для отдыха и развлечений! – кричит Андрей на весь зал. – Не будем же терять его понапрасну!
– За веселье! – кричу я алаверды, поднимая фужер.
– За приключения! – громогласно восклицает Цесаревич, привычно беря инициативу в свои руки.
Все шумят, звенят бокалами и пьют искрящееся шампанское. Надвигающаяся атмосфера праздника кажется приятной и невесомой, но меня тревожат мрачные предчувствия, которые не в силах развеять даже несколько бутылок Крымского.
Боевой модуль дополненной реальности в Александровском дворце той же модели, что и в высотке Фиолетового Рода. Огромный стеклянный цилиндр позволяет имитировать различные режимы боя, в том числе с использованием Силы без риска уничтожения соперника. Сражающихся защищают мощные артефакты, связанные с суперкомпьютером и учебными комплектами высокотехнологичной брони.