Да, сомнений не оставалось — это кричал Филиандер. Его невеста незаметно перевела дух. Что ж, по крайней мере, он был жив, раз мог так повышать голос. Но в груди у девушки по-прежнему было болезненно тесно, словно сердце увеличилось в размерах и свербило каждой клеточкой. Она, с трудом протискиваясь сквозь толпу, пошла в том направлении, откуда крик и доносился. Благо, многие ее узнавали, поэтому поспешно расступались со словами:
— Дорогу принцессе! Разойдись!
И вот, через пару минут Алексия все же оказалась в первых рядах, наконец, увидев лицо жениха. Но все оказалось совсем не так, как могла ожидать девушка. Филиандер твердо стоял на ногах и даже не морщился от боли. Зато лицо его было белым, как мел, а в глазах мелькала тревога. Они с Антеем с двух сторон придерживали потерявшего сознание Майрона. Тут уж ничего не было понятно. Что происходит? Почему без чувств оказался слуга, когда покушение было совершено на хозяина? Может, тот, кто кричал, ошибся? Господи, да какая разница?! Главное — с ее возлюбленным все было хорошо! Алексия бросилась к жениху и, не отдавая себе отчета, повисла у него на шее.
— Тише, тише, любовь моя! — воскликнул тот. — Успокойтесь!
— О, мой принц! — выдохнула девушка, отстраняясь. — Я думала… думала…
Закончить она не смогла. Из глаз брызнули слезы, а тело предательски задрожало. Ужас, пережитый принцессой после того, как она услышала о покушении на возлюбленного, запоздало ударил по ее нервам, заставив почти впасть в истерику.
— Знаю, знаю, — ласково закончил за нее Филиандер. — Я бы очень хотел обнять и успокоить Вас. И сделаю это при первой возможности. Но сейчас мне нужно помочь своему другу.
Дрожа с головы до ног, Алексия понимающе кивнула и просто пошла в палатку лекарей вслед за ним. Она понимала своего жениха, да и сама, устыдившись своего облегчения, почувствовала тревогу за парня, который уже и ей стал добрым другом. Девушка боялась даже представить, какую боль испытает ее жених, если с Майроном что-то случится. Вот только все равно было странно, почему кричали о покушении на принца, когда ранен оказался его слуга. Очень странно. Если только… да нет, глупости. Быть такого не может. Ни один слуга на такое не пойдет, как бы ни был привязан к своему господину.
Алексия отмела эту мысль и вошла в шатер вместе с Филиандером, Антеем и бесчувственным пареньком на их руках. Надо сказать, там ее помощь тоже пригодилась, потому что Нефел, увидев своего избранника, громко закричала и попыталась броситься к нему. Принцесса выскочила вперед и обхватила служанку за плечи, удерживая от глупостей. Она понимала: Майрона нельзя было трогать, чтобы не сделать хуже. К счастью, Нефел еще соображала, кто перед ней, поэтому не стала сильно сопротивляться. Не прошло и минуты, как лекари со всех сторон окружили парня, которого принц и Антей заботливо уложили на ближайшую кровать.
— Что с ним? — спросила Нефел, заливаясь слезами.
Филиандер, освободивший руки, приблизился к Алексии. Девушка немедленно бросилась в его объятия. А тот, прижав ее к себе, посмотрел в глаза служанке и ответил:
— Я сам толком ничего не понял. Тренировался, и вдруг почувствовал движение за своей спиной. Но, когда обернулся, было уже поздно.
— Впрочем, в одном сомневаться не приходится, — добавил Антей, который стоял возле кровати, над которой колдовали лекари. — Целью злоумышленника был вовсе не Майрон.
— То есть? — опешила Алексия.
Нет! Не может быть, чтобы ее версия оказалась верна! Во-первых, никто в здравом уме не стал бы покушаться на принца среди бела дня, да еще и в присутствии такого количества людей. А во-вторых, не мог слуга быть настолько преданным господину! Не бывает такого!
— Майрон стоял рядом со мной, — пояснил Антей. — А потом вдруг метнулся к Филиандеру. Но, когда я посмотрел в эту сторону, он уже упал. Я не сомневаюсь: покушались на нашего принца, и преуспели бы в этом, не прими его слуга удар на себя.
Алексия и Нефел одновременно судорожно вздохнули. Сбылись худшие опасения принцессы. Покушались все-таки на ее жениха. И уцелел он только потому, что Майрон заслонил его своим телом. Девушка не могла не восхититься мужеством слуги возлюбленного. Это ведь было определенно чем-то большим, чем просто долг. Это было поступком настоящего друга, верного соратника и брата. Тем не менее, Алексия боялась даже представить, как сильно будет винить себя ее жених, если с пареньком теперь что-то случится. Даже сейчас, когда еще ничего не было ясно, девушка ощущала волны чувства вины, сотрясавшие тело Филиандера под ее руками. Инстинктивно она крепче обняла своего избранника, даруя ему успокоение. Принцессе было трудно сказать, когда она научилась этому, но делала уже не в первый раз, как будто на автомате. И сейчас молодой человек как будто расслабился, а потом спросил у лекарей:
— Как он?
