— Пока ждем Оялу, могли бы уже пробежаться по другим исчезновениям, которые произошли в заповедниках. Много таких? — спрашивает Ян.
— Два. Первый — случай в Сипоонкорпи[61]. Я просмотрел материалы предварительного следствия: это исчезновение с подозрением на убийство. Тогда пропал двадцатишестилетний парень — так до сих пор и не нашли. Кто-то видел, как он выходил из автобуса, но на той остановке следы и обрываются. С 2015 года ищут, — сообщает Зак.
— Второй случай произошел в Оулу. В окрестностях парка Рокуа[62] нашли труп двадцативосьмилетнего мужчины: он повесился. На теле не было цветов наперстянки и вообще того, что могло бы связать это дело с нашим. Оно вышло в ответ на мой запрос, потому что отвечало введенным параметрам.
— Ну, услышанное наводит на мысль о том, что, возможно, заповедник все же не лежит в основе преступлений, — говорит Хейди. — Картина куда сложнее.
— Не стоит забывать об отравлении. Мы просмотрели все случаи отравлений за последние несколько лет — и ни в одном из них не фигурирует настолько, как бы выразиться, природный яд.
— Тот, кого мы ищем, мог совершить что-то в прошлом и не попасться, — размышляет Ян вслух.
— Было бы не лишним подключить к делу профайлера. Кай же пока не знаком с этим случаем? — предполагает Хейди.
— Да, попросим его присоединиться как можно скорее, — говорит Ян.
В этот момент в офисе появляется знакомая Яну фигура. Яри Ояла — широкоплечий, одетый в косуху, джинсы и черную футболку, — проходит к столам и всем по очереди пожимает руку. Рукопожатие у него стальное, и Ян близок к тому, чтобы скривиться от боли, но вовремя спохватывается и сохраняет невозмутимый вид.
— Ояла уже более-менее в курсе. У нас убийство, и расследование привело к недвижимости, так или иначе связанной с мотоклубом «Волки». Мы не знаем, как именно «Волки» замешаны в происходящем, но на данном этапе все-таки необходимо под них копнуть, — Ян коротко обрисовывает ситуацию.
В разговор вступает Ояла.
— Я так понимаю, вам в общих чертах известны группировки, действующие на территории столичного округа? — начинает он.
Ян молча смотрит на дюжего самоуверенного Оялу. Чисто внешне тот больше походит на байкера, чем на полицейского.
— «Волки» — относительно молодой игрок на поле мотоклубов. «Волки» говорят, что являются независимой группировкой, то есть не имеют никакого отношения к крупным международным клубам, однако за кулисами проворачивают много интересного. Я бы сказал, они подозрительно быстро застолбили себе огромную территорию для сбыта наркоты. Еще их часто описывают как очень умных ребят, даже интеллектуалов. «Волки Эм-Си» открыто поддерживают некоторые благотворительные проекты, например акции против школьной травли.
До этого Ояла говорил стоя, но сейчас придвигает к себе стул и садится. Он успевает посмотреть прямо в глаза каждому из присутствующих, а затем, понизив голос, произносит:
— И сразу большая просьба ко всем собравшимся: пожалуйста, давайте без самодеятельности. Не надо в одиночку никого арестовывать. Возьмите на задержание кого-то из наших, не обнуляйте своим расследованием наши многолетние старания. Тем более что вы сами еще не знаете, как именно байкеры связаны с тем убийством.
— Что верно, то верно. Одна из линий ведет к «Волкам», но мы действительно ни в чем до конца не уверены. Может, у тебя возникли какие-то идеи? — спрашивает Ян.
— Я просмотрел описание жертвы, найденной в Виикки. Если рассуждать с позиции «Волков», парень мог изначально быть обычным бегунком, который внезапно забыл свое место и стал по мелочи приторговывать. Хотя конкретно Йоханнес Ярвинен в наших разговорах никогда не всплывал. В клубе он точно не состоял.
Ояла оглаживает волосы.
— Плюс немного напрягают место и способ убийства. Не похоже на «Волков». Если они хотят от кого-то избавиться — приходят и стреляют в упор. Насчет исчезновения ничем не могу помочь. Вообще, мы о таком даже в полиции не распространяемся, но в данном случае, наверное, стоит рассказать вам о том, что члены «Волков» периодически используют тайники, расположенные как раз на отрезке Ламмассаари — Виикки. Сейчас, правда, тайники пустуют. Короче, утверждать можно лишь то, что Йеремиас Силвасто пропал на территории «Волков», но имеют ли сами «Волки» отношение к этому — большой вопрос.
— А «Содэкса»? — спрашивает Хейди.
— У клуба много фирм, гендиры которых — подставные. Одна из них как раз «Содэкса». Также байкеры косвенно владеют и клубом «Пултти», а второе цеховое помещение сразу за стеной завода — их база. Там не было зафиксировано ни одного нарушения порядка или чего-то подобного — ну, не считая мелких стычек с соседями. Насчет Йоханнеса Ярвинена вы и так знаете. Он в этом клубе выступал. Но, повторюсь, его имя нигде не всплывало. Наши парни тоже периодически заглядывали в клуб, но там всегда все тихо-мирно, потому как «Пултти» не более чем место вербовки молоденьких толкачей, которые распространяют дурь среди своих.
— То есть Йоханнес мог быть одним из толкачей? — спрашивает Ян.
— Очень даже мог.
