– А так точно продадите. Вам же нужно побыстрее продать катера, верно? И окупить все убытки. Так поверьте, если вы немного скинете, то мало чего потеряете. Выбирайте: либо не скидываете цену, и мало кто сможет купить эту лодку, либо делаете скидку двадцать процентов, и… и! – я повысил голос, видя, как дрогнул второй подбородок и округлились глаза лысого курильщика. – Вы останетесь при деньгах. Так, гляди, нужно будет менять место для торговли: завтра начнут эвакуировать последние кварталы, и покупателей не останется. А транспортировка этого добра, что у вас там на заднем дворе припасена, обойдется очень дорого.
– А сам-то че здесь пердишь? – торговец не собирался сдавать позиции.
– Не эвакуировался. Мою семью эвакуировали, а я не смог. Сбой в регистрации. Придется своим ходом.
– На пятнадцать соглашусь, на двадцать – нет, – щеки толстяка проплясали вместе с поворотами головы.
– Восемнадцать, – продолжил переговоры я.
– Семнадцать или ничего! – он раскусил мою способность к переговорам и решил контратаковать.
– Как вас зовут?
– Аристофан.
«Аристофан? Звучит, как имя аристократа. Главное – не забыть», – сказал про себя я, протягивая руку.
– Я – Виктор. По рукам, Аристофан.
– Так-с, работа, значица. Что умеем? Ручками умеем работать? – с укором спросил он, сжимая кисти.
– Все умеем.
– Гм. Короче, чтобы полностью все оформить по бизнесу, нам нужно вернуть часть своих документов. В МФЦ. Вот, поедете туда вечерком. Из-за этого гребанного потопа фундамент подмыло, и стена рухнула. Видели, может. До сих пор разбирают. Но вам нужно вечером, когда волонтеров нет. Второй этаж. Кабинет двести пять. Гвоздь знает. Просто разгрести завал, забрать коробки и вернуться. Можешь взять с собой кого-нибудь, но учти: ему я не доплачиваю.
– А если нас полиция поймает? Кто мы такие? – спросил я.
– Так, а вот теперь внимательно. Полиция там только днем. Ночью почти пусто, пустяк. Но все равно, главное – никому не попадаться. Никому. Налогами обложат просто. А кто вы – растолкуем. К десяти часам вечера подгребай сюда же. Поплывете с тем типком – его зовут Гвоздь.
– Почему Гвоздь?
– А вы не видели, какой он шпала?
«Почему тогда не назвать его Шпалой?» – чуть вслух не спросил я.
Обрадовать Игнатьича вестью о скорой покупке катера не вышло. Сосед не открыл, поэтому в помощники я взял Женю.
– Во, здоровчик! – грубым голосом сказал наш недавний знакомый, сидевший в гребной лодке.
– Привет, – поздоровался я, вглядываясь в пассажира.
Да, это Гвоздь в той же летней безрукавке. Сгорбился и сидит близко к носу покрашенной лодки с веслами.
– Здорово! – мягким голосом поздоровался Женя, последним заскочив в лодку.
– А это что за чудо?
– Помощь в поиске.
– Ты уверен, что он может завалы разгребать? К мамке не побежит?
– Не побегу, – смело заверил Женя и запрыгнул в лодку.
Скорлупка растеряно покачнулась и заставила меня вцепиться за борта.
– Тихо ты! С виду ж не такой слон! – перепугался Гвоздь, чуть не выпустив сигарету изо рта. – Из меня гребец, как из вас качки. Так что, вот весла, зарядка вам не помешает. Я слежу за маршрутом. На обратном пути я с кем-нибудь поменяюсь.
Из-за дождя воды будто стало больше. Вода вытесняла остатки цивилизации. Течение стало сильнее. Когда нужно было заворачивать, нас все еще относило вперед. Чуть не напоролись на машину: стукнулись бортом и услышали осуждающую нецензурную критику Гвоздя. Занудный пассажир не хотел узнавать своих коллег по опасному бизнесу, только курил и ворчал, неохотно отвечая на наши вопросы:
– А что за документы-то нужны?
– На ИП.
– А почему раньше не вытащили?
– По кочану.
Фонарные столбы покосились. Один прилег прямо на здание, а соседний помял кузов «Газели». Провода, как неуклюжие нитки, хаотично разлеглись на автомобилях и зацепились о дерево. Тишину Архангельска нарушало громкое жужжание генераторов, неведомо откуда.
Я узнал в темном пейзаже Обводный канал. Плечи начали уставать.
– Эй, долго еще? МФЦ разве не в…
Гвоздь злобно сгримасничал:
– Тихо ты!
Мы приблизились к кордону. Правда, он уже недостаточно исполнял свою функцию: вся гадость с прибрежных районов перешла в окраины. Спрятались за киоском, пригнулись. По широкому морскому шоссе пронесся полицейский мотокатер, освещая перед собой дорогу ярким прожектором. За ним увязался СВП спасателей.
– Все! Продолжаем! Быстрее, быстрее!
Удачный момент взбодрил нас и добавил силы для новой гребли. Только б патруль не повернул назад и не обнаружил нас!
Мы на другой стороне. Нас встретила шелестящая аллея, укрывающая от луны и зеленоватого неба.
– Зачем им патрули? Ведь эту часть города всю эвакуировали.
– А это против мародеров. Ты думаешь, сейчас не найдется умников, которые начнут обносить хаты? Наверняка хозяева что-то припрятали на момент возвращения. Что забрать не смогли…
– Очкарик сейчас прав. Стопэ! – Гвоздь пригнулся и показал вперед. – Здесь остановка.
Рокот генераторов был слышен отчетливо, и эхо блуждало по мертвому району. В метрах ста от нас на волнах отражался свет, сияли потопленные машины, по которым кто-то решил побродить со скуки.