– Здесь лодку оставим. Давайте вправо!
Мы пришвартовали ее к ручке машины. Ни одного понтона здесь не было, поэтому мы залезли на хилую, никому не нужную, машину. Оказавшись на крыше легковушки, я почувствовал, как затекшие ноги неприятно закололо иголками. Руки будто штангу тягали, но я старался игнорировать нытье мышц.
Меня подстрекало ожидание. С минуты на минуту мы незаконно, можно сказать, пройдем в охраняемое госучреждение и займемся самоличным изъятием документов. Хоть наш «шеф» и имеет на них полное право, я все равно не был уверен в чистоте его рук. Не скрою, было тревожно, но результат этой подозрительной работы был многообещающий.
Пока Гвоздь всматривался в темноту, я расстегнул ветровку и достал из-под нее мой замаскированный электрошокер. Разомкнув карабин, я надел шокер на запястье. Нужно держать его высоко над собой, как факел.
– А, может, мы на лодке к забору подплывем? – предложил Женя, закатив рукава.
– А менты проплывут если? Заинтересуются, что тут лодка делает. Ведь ни души уже в этом районе нет. Башкой думай, очкастый.
– Да кто тут будет всматриваться? Особенно если мы ее за машину спрячем?
– Хватит сопли жевать! Быстро до забора, перелезаем, и вплотную к стене! – прошептал Гвоздь.
Фасад здания освещался прожекторами, на втором этаже горел свет. Я б не сказал, что здание с обваленным этажом. Выглядело целеньким. Мы пересекли огороженную территорию и заметили у здания катер полиции.
– Это разве МФЦ? Не похоже…
– МФЦ, МВД… какая на хрен разница?
«МВД? Еще лучше…» – подумал я, начиная жалеть, что согласился.
Теперь нам нужно было избегать шелеста воды, перемещаться еще тише, ведь за углом охрана развлекается: кто-то ходит по машинам, мужской голос байки рассказывает, а в ответ слушатели смеются. По слуху я определил человека три, не меньше.
Попали в непонятный центр через пожарный выход. Дверь должна быть с электронным замком, но кто-то все сломал до нас. Вода здесь была по голень, поэтому мы не задирали ноги, чтобы никого не привлечь. Настал час фонаря. Я переключил оружие с предохранителя на свет, и пустые помещения со шкафчиками осветились жирным бледным пучком.
– Етить твою медь! А я думаю, что это за хрень у тебя. А если бы по роже получил?
Я хотел ответить, но мы услышали шаги сверху и замерли. Шагов много. Нужно быть еще медленнее и тише, ведь нам нужно точно туда.
Люминесцентная лампа свисла с потолка и держалась одним ребром. Такие прямоугольные лампы часто можно встретить в офисах и всяких учреждениях. Казалось, любой толчок, и она выдаст нас. Скрипя сырыми подошвами, я освещал мрачный безмолвный коридор, по которому гулял сквозняк. Он напоминал стенки смятой коробки. Вот и осветился первый завал, за которым проглядывалась улица.
«Где-то здесь горел свет, – вспомнил я, и мне стало не по себе. – Да, точно здание МВД. Черт, черт…»
Бетонные осколки были тяжелы настолько, что у нас с Женьком чуть пупки не развязались. Что-то отодвинули ногами. Куски глухо прошуршали, смешавшись с какой-то суетой на другом конце коридора. Что-то неподвижное сдержало дверь и не дало открыться до конца. Гвоздь стал нервно бить дверью эту преграду, но я гневно толкнул его в спину:
– Ты что там, совсем сдурел? Чего шумишь? – прошипел я.
– Че мозги полощешь тут, фраерок? – как бык, он оставил дверь и уверенно пошел на меня, задрав подбородок.
– Так-так-так, тихо-тихо, пацаны, – попытался усмирить Гвоздя Женя. – Давайте работать, а то гостей навлечем, жопа нам будет.
Гвоздь еще пару секунд бросал мне зрительный вызов, потом отвернулся и грубо попросил посветить.
– А у тебя что, фонарика нет? – спросил я наглого паренька, который сгорбился и заглянул в комнату.
– Батарейки берегу.
Козел.
Когда мы зашли за перегороженную дверь, я окончательно убедился в нашей должности. Вместо стены красовалась широкая пробоина, и ей все не обошлось. Балка от стены наклонилась, и именно она препятствовала двери. Посреди строительного хлама и заваленных столов бюрократов нам нужно было найти голубые боксы. Мы разгребли эти завалы и теперь наблюдали за обстановкой, потирая руки.
– Вот они, родимые! – шепотом воскликнул Гвоздь, грохнув коробками по столу.
Я приставил палец к губам, и в этот раз Гвоздь признал свою вину, возмущаться не стал.
– Давайте здесь выйдем? Это противоположная сторона, нам топать больше, но мне кажется, это лучше, чем опять идти через ту дверь. Мало ли что.
– А ты не так глуп, как мне казалось. Так и поступим. Ты первый… – прохрипел лысый, накинув рюкзак с документами.
В коридоре кто-то открыл кабинет и откашлялся. Видимо, он не догадывался, что здесь есть нелегальные посетители. Он почти дошел до нашего кабинета, остановился, и потом внезапно поспешил обратно. Как оказалось, он заметил расчищенный проход:
– А кто-то из вас уже разобрал завал у двести пятой?
Монотонное «нет».
– Нет, пропусти-ка, – шепнул Гвоздь.
Поздно, я оттолкнул его и свис с проема первым. Вода предательски булькнула от моего падающего тела, и сомнений у меня не осталось. Нужно сматываться.