– Ты слишком труслив, чтобы убить. Подставить, ударить в спину – вот твой конек, Сережа, – спокойно добавляет Молот. – Расскажи парню, как умерла его сестра. Говори…
– Я не знаю. Меня не было там.
– Почему умерла эта бедная девочка? – давит железной интонацией Роман.
– Потому что твои идиоты перестарались, – выплевывает Федоров. – Я просил тебя только припугнуть ее.
Дыхание перехватывает. Припугнуть?! За что?!
– А зачем тебе нужно было, чтобы я ее запугал?
– А то ты не знаешь? Это ты виноват. Ты. Приехал на дачу без предупреждения. Я тебя не ждал.
Прочитав в моем взгляде полное непонимание, Молотов поясняет:
– Твоя сестра оказалась свидетельницей приватного разговора. Дядя твой не на шутку труханул, если бы она открыла свой ротик, вся его жизнь рухнула бы мгновенно. Да и у меня были бы неприятности. По просьбе твоего крестного я дал задание ребятам объяснить ей, что стоит забыть то, что она увидела и услышала. Но ребята перестарались. Случилось то, что случилось.
– При чем тут дача? – рявкаю я.
– Наша незапланированная встреча произошла именно там.
– Почему Алена была там?
– А это совсем другая история, – тянет Молот, не сводя своего хищного взгляда от Федорова. – Но я тебя посвящу в нее.
– Мразь, – вырывается у Федорова.
Вместо ответа Молотов достает из ящика стола папку и небрежным движением руки бросает ее на стол. Фотографии заполняют всю поверхность стола. На всех снимках сестра. Разные фото, я даже узнаю те, что пропали из семейного альбома. Есть очень красивые фотографии, где она улыбается, смеется. Видно, что она счастлива. И есть очень неожиданные для меня –личные. Такие фото можно сделать, когда позируешь для своего мужчины, точнее любовника. Похоть в глазах и откровенные позы. Такой я сестру не знал.
Смотрю на Федорова и в моей голове словно пазл складываются эти фото и слова Молота. Федоров?! Нет? Да! Федоров – любовник моей сестры.
Молниеносно подрываюсь с места, и похуй, что в его руке пистолет. Мой кулак летит в его морду. Мужчина падает со стула, и держась за ножку стола подниматься сначала на колени, потом присаживается на стул. Крепко держит пистолет в своей руке.
– Педофил ху*в, – выплевываю я.
– Она сама, она мне прохода не давала,– в оправдание шепчет мужчина. – Сама.
– А ты не смог отказаться, – брезгливо говорю я.
– Ну, кто ж откажется от молодого упругого тела, – добавляет Молотов. – Запретный плод так сладок. Молодушка – это тебе не уставшая на огороде баба.
– Не смей говорить о моей жене, – бьет ладонью по столу.
– Светлана. Хорошая женщина. Наивная только. Прожить с такой мразью всю жизнь, и даже не догадываться об этом.
– Я люблю ее.
– Так сильно любишь, что ребенка другой бабе заделал.
– Это случайность.
– Презик забыл натянуть. Понимаю, страсть –она такая, коварная.
– Я же знаю, что это ты ее под меня подложил. Опоили меня и…
– … и что? Не я ее трахал. Ты. Ты не отказался от «подарка». Более того, ты продлил время одаривания. Сколько лет твоему сыну?
Федоров молчит.
– Сколько лет твоему сыну?
– Пошел на хер.
– Нынче в первый класс, – Молот поднимает из вороха фотографий снимок моей сестры – первоклассницы. Не выдерживаю, вырываю ее из его рук. – На линейку пойдешь? Или как обычно в машине, за тонировкой понаблюдаешь? – спокойно, словно удав продолжает Молотов.
– Не твое дело.
– И как ты после этого святой женщине в глаза смотришь? Ведь это по твоей вине она не может иметь детей. Она всю жизнь страдает, по клиникам разным ездит, в храмах на коленях стоит, слезами умывается, а ты в это время колыбельные наследнику напеваешь. В доме у другой бабы.
– Я же сказал, это не твое собачье дело.
– Собака здесь – ты, – хлестко обрубил его речь Молот.
Даже мне стало не по себе от его ледяного взгляда.
– Ты же знаешь, Сережа, что я собственноручно, вот этими руками отправил на тот свет убийц его сестры. Я наказал своих пацанов за ошибку. Но ты быстро сообразил, как вывернуть эту неприятную ситуацию в свою пользу. Скажи, когда в твоей голове созрел этот план, Федоров? Мгновенно или пришлось немного подумать?
– Какой план?
– Убрать нас руками своего крестника, превратив его в «мстителя». Отчего ты устал, Федоров? От ежемесячных перечислений на карту? От продвижения по службе и полезных знакомств?
– Вы шантажировали меня!
– Это был не шантаж, а взаимовыгодное сотрудничество. Я понимаю, ты хотел бабки получать и рыльце в пушку не замарать. Но так не бывает, мой друг. Бабки просто так на карту не падают, так что не строй из себя жертву.
