Я вернулась к указателю и в длинном списке имен учеников наткнулась на другую Рэйчел. Рэйчел Фармер. Рядом с ее именем значилась только одна страница, тридцать шестая. Я ее открыла и сразу увидела снимок. И желудок мигом сделал сальто. Лицо девушки кто-то обвел сердечком и рядом крохотными буковками написал: «ДУ + РФ».
Сзади подошла Джордин и спросила, что я делаю. Я молча захлопнула ежегодник. Она как-то странно посмотрела на меня, а потом сказала, что ей пора домой и мы увидимся завтра.
В общем, JW44 вполне реален. Ежегодник это доказал.
Всю ночь думала о Рэйчел Фармер и JW44. В последнее время я плохо сплю. Постоянно слышу, как кто-то царапается в окно, поэтому встаю и проверяю, думая, что, может, это Джозеф просит впустить его. Иногда я вроде бы даже вижу, как он прячется в тени.
Днем хотя бы не так страшно, а вот ночью тяжко. Из вентиляционного отверстия над кроватью доносятся непонятные звуки. И я опять думаю: вдруг Джозеф Уизер снова и снова зовет меня по имени.
Но такого же не может быть, верно?
Первые несколько ночей я бежала в спальню к родителям и жаловалась, что мне приснился плохой сон. Мама отводила меня назад и лежала со мной рядом, пока я не засну. Но на четвертую ночь папа сказал, что хватит дурить и пора мне уже засыпать самостоятельно.
Я и правда пыталась. Прошлой ночью из вентиляции никто меня не звал и в окно не царапался. Было тихо.
Слишком тихо. Теперь я боюсь, что обидела Джозефа и он ушел навсегда.
Я сижу неподвижно за кухонным столом, передо мной зажигалка, пачка сигарет, чашка кофе и карманный перцовый баллончик. Торчу здесь уже несколько часов, наблюдая, не вернется ли тот, кто расписал наш дом. Наконец всходит солнце, а сил сдвинуться с места у меня по-прежнему нет. Беру пачку сигарет, вытряхиваю одну и верчу в пальцах. Я не курила с тех пор, как узнала, что беременна Вайолет, да не очень-то и хотелось, пока вот сейчас в куртке Макса не нашла начатую пачку и зажигалку. И даже не смогла на него разозлиться.
Курить я начала в девятом классе и не бросала до двадцати с небольшим. А насчет Макса просто понадеялась, что он будет умнее меня и обойдется без вредных привычек. Даже не собираюсь говорить с ним об этом. Полагаю, сейчас курение – наименьшая из наших забот.
Что же до перцового баллончика, то его пришлось купить много лет назад после того, как у меня украли сумочку, когда мы с Максом и Вайолет шли по парковке торгового центра. Была середина дня, мы только что выбрались из кино на солнечный свет, нестерпимо яркий после темного зала. Макс до жути похоже изображал Джима Керри, а мы с Вайолет смеялись. Вдруг мимо пронесся мужчина, резко толкнув меня в плечо. «Виноват», – прохрипел он извиняющимся тоном и помчался дальше, прихватив мою сумочку.
Я даже не успела сообразить, что случилось, как он исчез. Вместе с ним исчезли банковская карта, кредитки, водительские права и немного наличных. Слава богу, ключи от машины в то время были у меня в руке. Позвонив в полицию и написав заявление, я поехала в ближайший «Уолмарт», купила перцовый баллончик и прикрепила его к цепочке для ключей.
Не знаю, работает ли он вообще, но чувствую себя чуть лучше, когда он лежит на расстоянии вытянутой руки.
На верхней ступеньке скулит Бумер. Вайолет прошлой ночью затащила пса к себе в постель, а короткие ноги и круглый животик не позволяют ему самостоятельно преодолевать лестницу. У меня руки и плечи вечно болят оттого, что я таскаю его вверх и вниз по ступенькам.
Я вздыхаю и отодвигаю стул от стола, но встать не успеваю: из своей спальни материализуется Макс. Он босиком, в любимой футболке со «Звездными войнами», потрепанной и полинявшей после сотен стирок, и в старых спортивных штанах, из которых уже вырос. Копна черных спутанных кудрей и заспанный вид делают его намного младше шестнадцати.
– Я спущу его, мам, – говорит Макс, подавляя зевок.
Часы на микроволновке показывают половину девятого. Сержант Грейди будет здесь в девять. Он просил меня привести Вайолет на допрос в участок, но я отказала. Слишком уж тяжелое впечатление осталось у нее с прошлого раза. В конце концов полицейский согласился прийти к нам утром.
Я заставила его пообещать не расстраивать Вайолет, а он, в свою очередь, взял с меня слово держать язык за зубами, пока он будет задавать вопросы. И еще пообещал, что мимо дома несколько раз за ночь проедет полицейская машина. Это чуточку прибавило мне оптимизма, и я немного поспала, но перцовый баллончик все равно держала под подушкой.
А теперь у меня есть полчаса, чтобы одеться самой, собрать и накормить Вайолет, прежде чем прибудет сержант. Я встречаю Макса внизу лестницы. Бумер удобно устроился у него на руках, и эта картинка не может не вызвать улыбки.
– Полицейский будет здесь через полчаса. Давай-ка одевайся, а я сделаю тебе тост.
Макс осторожно опускает Бумера на пол и, морщась, интересуется:
– А мне обязательно присутствовать?
