Никогда в своей жизни Эри не получала серьёзных травм: она старалась беречь руки, благодаря которым могла рисовать, и потому не представляла, какую боль способен вытерпеть человек. Ушибы и ссадины, полученные во время детских игр на улице, и даже порез кухонным ножом – всё это не могло сравниться с глубокой раной от острого лезвия танто.
Рука онемела до самого плеча, от ноющей боли ладонь отнималась, а кровь лилась на землю, не останавливаясь, и растапливала только что выпавший снег, образуя алую лужу под ногами.
– Эри! – позвал Юкио и тут же с помощью когтей оторвал от своего кимоно длинный лоскут ткани. – Нужно остановить кровь!
Она протянула ему руку, но заметила, что хозяин святилища тоже ранен: всё его плечо было покрыто глубокими царапинами, а порванная одежда в этом месте свисала лохмотьями.
– Ты должен и о себе позаботиться! – прошептала Эри, жмурясь от боли, когда Юкио обвязал лоскут вокруг её ладони.
– Я ками, для меня такие раны несущественны.
– И всё же давай я посмотрю.
Но она не успела дотянуться до искалеченного плеча: Амацумикабоси прервал их разговор своим режущим слух смехом.
– Ваша любовь меня умиляет, но у нас нет времени на подобное! – Голос бога звёзд зазвучал пугающе. – Пора начинать ритуал открытия врат.
Эри чувствовала, как её тело задрожало от напряжения, но всё же она шагнула вперёд, смело вставая напротив Амацумикабоси: сейчас не время думать о себе и своих страхах.
– Но перед тем как оммёдзи прочтёт заклинание, мы должны выбрать жертву.
– Что? – проговорила Эри с трудом. – Вы получили мою кровь, о какой жертве речь?!
– О существе, которое добровольно отдаст свою жизнь Ёми, чтобы ритуал состоялся, – ответил бог звёзд, разводя руками. – Поэтому мы взяли сюда всех твоих друзей.
Над мёртвым лесом повисла тишина. Казалось, никто не смел дышать, только бы случайно не нарушить пугающего молчания. Но в ушах Эри отчётливо раздавался клёкот блуждающих душ, который сводил её с ума.
– Думаю, ответ здесь очевиден!
Услышав голос, акамэ замотала головой, словно не могла поверить, что кто-то добровольно решился отдать свою жизнь, и повернулась, видя, как руку поднимает Кэтору.
– Нет, нет! – беспомощно зашептала она. – Мы должны найти выход, другой выход!
– Ты просто ничего не знаешь, – продолжил тануки и встал рядом с Хару. – Мне хорошо удавалось скрывать ото всех правду благодаря величайшей силе оммёдзи Сато Харуки.
– О чём ты говоришь?
– Если ты вернула воспоминания, то уже знаешь, чем закончилась наша с тобой история в прошлом.
– В тот день мы оба погибли.
Эри показалось, что её ударили по голове чем-то тяжёлым. Это невозможно! Как он мог погибнуть вместе с ней почти триста лет назад?
– Я был всего лишь слабым ёкаем, который не выстоял против стольких вооружённых людей. Хару-тян нашла способ сохранить мою душу и позже по просьбе господина Призрака создала для меня это тело по подобию сикигами. Технически сейчас я действительно являюсь духом-помощником, привязанным к своему хозяину.
– Это правда, – подтвердил Харука, поправляя очки и убирая с глаз жёсткие от морской соли волосы. – Я давно заметил неладное, но на Окинаве мои догадки подтвердились. Кэтору-сан действительно дух, которого подчинил мой предок.
– Я умер уже много лет назад, и сейчас мне не страшно. Давно хотел отплатить господину Призраку за то, что он однажды сохранил мою жизнь.
Эри закрыла лицо руками, не в силах сдержать слёзы, скатывающиеся по щекам, а Юкио молчал и стоял неподвижно, но его аура говорила акамэ о многом: он был напряжён, как натянутая струна цитры кото.
– Совершенно замечательно: нам теперь не нужно проливать лишнюю кровь! – хлопнул в ладоши бог звёзд. – Дух-сикигами тоже подойдёт для нашего ритуала.
Он дал указание Кэтору встать на один из лучей пятиконечной звезды в пентаграмме сэман174 и кивнул оммёдзи, давая знак, чтобы тот начинал.
– Я правда не могу! – вдруг покачал головой Хару и отошёл назад. – Я занимаюсь только светлой магией, помогающей людям, а это… Это запрещённый ритуал. От такой тьмы вовек не отмыться!
– Неужели я обязательно должен делать тебе больно, чтобы ты понял? – Амацумикабоси вздохнул, и серебряная нить на шее Хару стянулась, отчего на коже выступила кровь, а юноша закашлялся и попытался разорвать путы, но только порезал пальцы.
– Нет, не трогайте его! – закричала Эри, но Юкио удержал её.
– Послушай меня, оммёдзи Сато Харука, – сказал хозяин святилища, но его голос казался сухим и надтреснутым. – Не волнуйся и сделай то, о чём они просят. Я обещаю, никто не осудит тебя за этот поступок, ведь ты и правда спасал чужие жизни.
Затем он обратился к Амацумикабоси:
– А ты прекрати пытку, мальчик же умрёт! Сколько можно мучить этих людей ради своей выгоды?!
