— Я притягиваю золото, ясно?! — прошипела она. — С самого детства. Стоило мне захотеть, и я находила этот эндов металл. То человеческий кошель с деньгами. То кусочки золота в ручье. То драгоценную жилу в скалах. Сначала было весело, а потом мой лучший друг продал меня за это людям. Обменял свою жизнь на мою. Человечишка согласился, конечно: он же не знал, сколь много от моего желания зависит. Да только разбогатеть у него не получилось. И у вас не получится! Хоть сколько вы хороших из себя изображайте: не останусь в вашем Армелоне! Сегодня же ночью сбегу, и ни сладости, ни истории твои ничего не изменят! И только попробуйте!..
Но Кайя даже не слышала ее угроз.
— Как… продал?.. — с ужасом спросила она. Ора тут же затихла, опустила плечи, отодвинулась куда-то в угол.
— Не захотел снова в плен, — глухо ответила она. — Он как раз из тех, кого твой Вилхе освободил. Говорить у первого хозяина научился. Когда снова в ловушку угодил, я помочь ему пыталась, но не успела: охотники пришли. Я спряталась неподалеку, хотела дождаться, когда его вытащат, чтобы потом попытаться напасть на людей. А он…
— Предал? — договорила за нее Кайя. Ора сжалась, вонзила взгляд в стиснутые руки.
— Золото все любят, — пробормотала она. — И не ври, что сейчас же не побежишь отцу рассказывать, какое ему счастье в руки попало. Только я все равно… Обернусь, разнесу этот ваш госпиталь по камушку! Будете знать!..
Горло у нее перехватило, а на щеках заблестели слезы. Кайя жалостливо вздохнула. Совсем недавно она придумала, что Вилхе ее предал, и очень хорошо представляла себе чувства Оры. Но только теперь поняла, сколь была не права по отношению к любимому. Он ее защищал. А вот Ору ее друг растоптал и не побрезговал.
— У папы жена и две дочери — все золотоволосые — вот его счастье, — постаралась улыбнуться Кайя. — Дело любимое, друзья — он ни на какие сокровища мира это не променяет. Да и мне довольно уговорочного кулона, что Вилхе подарил. Дороже этого камня все равно не найти.
Ора фыркнула, сузила глаза. То ли не верила, то ли просто злилась.
— Люди. Любят. Золото! — отрезала она и отвернулась. — Ради него они готовы на все. Предать родных. Отказаться от принципов. Даже Создателей обокрасть, которые им жизнь подарили.
— И в драконов превратиться, — закончила за нее Кайя и повела плечами. — Все люди разные. Я не говорю, что в Армелоне нет тех, кто за деньги продаст родную мать. Но здесь совершенно точно есть и другие. И мальчишки, что освободили тебя от цепей, о золоте думали в последнюю очередь. Если не веришь мне, можешь спросить у Кеолы или у Джеммы — и они подтвердят мои слова. А можешь остаться и убедиться в этом сама.
— Вот еще! — огрызнулась Ора. — Сказала же, что сбегу! Хоть что делай, не удержишь!
— И не стану, — отозвалась Кайя. — Тут никого не насилят, а ты уже достаточно взрослая, чтобы принимать самостоятельные решения. Если хочешь, даже за ограду выведу. Только прежде подумай хорошенько. Сама же видишь: не всегда враги и друзья те, кто ими должен быть.
Ора снова фыркнула, но Кайя не стала спорить дальше. Отправилась домой, оставив новую знакомую одну, почему-то уверенная, что та не натворит бед. Иначе давно бы уже покинула Армелон и подалась к своему племени. Значит, был повод задержаться. Не случайно же Ора спрашивала о причинах, побудивших человеческих мальчишек спасать извечных врагов, да еще с таким чувством, что даже заговорила. Кайя, как сумела, объяснила и теперь могла только ждать. Если Ора не захочет в это поверить, значит, ей будет лучше среди драконов. Всем рано или поздно приходится делать выбор. Пришла и Орина очередь.
— Вот выговорю Вилхе, что одну тебя в такую пору отпускает! — раздался сбоку голос Аны, и Кайя вздрогнула от неожиданности. Но тут же улыбнулась, поворачиваясь к подруге.
— Сама-то, — весело проговорила она. — Еще и младше меня.
Но сбить с толку Ану было не так-то просто.
— Так я и не невесчусь, — заметила она. — Это тебе при женихе теперь положено быть. В рот заглядывать. Пылинки сдувать. Всюду за ним следовать. А ты вон чего: по ночам да в одиночестве.
Кайя понимала, что Ана шутит. Однако на душе неожиданно стало неспокойно и тоскливо.
— Я бы рада была следовать, — негромко ответила она, и Ана тут же присмирела. Посмотрела на Кайю с каким-то сожалением. Наверное, все понимала: все-таки Вилхе был ее братом. И она лучше всех знала, чего от него ждать.
— Снова не позвал? — без всяких предисловий спросила она. Кайя качнула головой. Ей не хотелось жаловаться, но лгать Ане не имело смысла. Все равно рано или поздно правда откроется. А Ана не станет злорадствовать.
— Я не захотела настаивать, — призналась она. — Если Вилхе так спокойнее… Не буду создавать ему лишние проблемы.
Ана кивнула и почему-то не возмутилась Кайиной мягкотелостью и неспособностью отстаивать свои интересы, как обычно любила делать Беата. Если когда-нибудь Ана станет-таки ее сестрой, Кайе нечего будет больше желать.
— Братику повезло с такой понимающей невестой, — улыбнулась Ана. — Будь я на твоем месте…
