— В Караганде! — выкрикнул я, и страшила буквально телепортировалась ко мне, впиваясь в меня хитрым взглядом.
— Вы только посмотрите, — усмехнулась она, обнажив кривые острые зубы, изогнув рот в дьявольской улыбке, — сам ко мне в руки приш-ш-шёл!
— Соскучился, — не в силах расцепить сжавшиеся челюсти от такой близости, процедил я сквозь зубы.
— Где она? — потирая мозолистые ручища, спросила страшила, внимательно рассматривая меня, оказавшегося в такой глупой ловушке.
— А говорят, ты раньше была красивой. Я бы поглядел. Не то, что сейчас, — кряхтя в разломе, сказал я с максимальным спокойствием, наблюдая, как у твари расширяются глаза. Я тянул время, как мог, надеясь, что жена успеет спрятаться как следует. А дальше не знаю, как пойдёт. У меня нет плана.
— Жалкий простак, попал впросак, — ядовито процедила она, резко развернувшись ко мне спиной, из которой массивной грядой торчали кривые, длинные позвонки.
— Манать у тебя хребет, ужас. Наверное, на спине ты уже давно не спишь, — продолжал я, надеясь вновь привлечь её внимание.
Но, Вагахке игнорировала мои слова, рыская по пещере в поисках Веры.
— Вот смотрю на тебя, и думаю, как можно было скатиться до такого? Ты же была практически богиней света, а стала подземной, кривой скотиной с уродливой рожей. Если бы у тебя был шанс вернуть всё обратно, исправиться, ты решилась бы на такой шаг, а, Вагахке? — намеренно нарывался я, видя, как трясёт страхолюдину от моих слов.
— Экой, ты невоспитанный. Я это исправлю, — наконец-то развернувшись ко мне, противно слащавым голосом промолвила она.
Оказавшись в одно мгновение рядом, не успел я моргнуть, как тварь схватила меня за лицо своей корявой рукой, впиваясь в щёки толстыми когтями. Я сжал челюсти, но давление когтей было таким сильным, что услышал, как хрустит челюстная кость. Мгновение, и они проткнули кожу с характерным треском, проникнув в мой рот, точно клешни краба, в поисках языка.
— Что, не хочешь ничего сказать, а-ха-ха?! — кошмарно хохоча, клацала она своими зубами, неспешно ковыряя мои, что преграждали путь к языку.
— И-хи-хи, хо-хо-зяйка, — внезапно раздался визгливый голос мохнорылого в пещере, привлекая на себя её внимание.
— Я велела не показываться мне на глаза! — взревела она, яростно сверкнув глазами.
— Саами, — жалобно пропищал мохнорылый за её спиной, и Вагахке медленно повернула голову в его сторону, не отрывая от меня своей руки. Мне тоже открылся обзор, и от представившейся картины, у меня подпрыгнуло сердце.
Вера стояла на фоне яркой печи, занеся топор над мохнорылым. При каких-то странных обстоятельствах, это существо не оказывало сопротивление жене, а тряслось от страха, как мне показалось. Мохнорылый взирал на горбатую ведьму с надеждой в угольно-огненных глазёнках.
— Убери руки от моего мужа или я раскрою башку твоему прислужнику, — мрачно сказала Вера, что я забыл о боли.
Что ты творишь??? Зачем?! У меня началась паника за странный героизм жены.
— Давай, — смачно чавкая языком, ответила Вагахке, резко вынув свои когти из моего лица с хлюпающим звуком.
Вера замерла, бросив нерешительный взгляд на трясущееся волосатое создание. Мне почему-то подумалось, что оно что-то вроде ребёнка или подростка в мире этих тварей. Уж слишком он был хилый какой-то, маленький, по сравнению с теми, что встречались нам раньше.
— Э-э, нерешительная баба. Убей же его! — недовольно рявкнула ведьма.
— Хо-хо-зя-я-йка! — жалобно пискнул мохнорылый.
— Заткнись, образина! — фыркнула она.
— Ну, чего вылупилась, руби, давай, раз замахнулась, а-ха-ха! — подначивала ведьма.
Мохнорылый протяжно завизжал, бормоча на едва понятном языке, но всё же смысл его мольбы был понятен. Он не хотел умирать. И странное дело, на лице жены возникла жалость… к кому или чему?! Она нерешительно на меня посмотрела. Я знал, что она не сможет его зарубить. По глазам видно, что ей его жалко, она замотала головой и выронила топор. Тот со звоном упал на пол, а мохнорылый драпанул со всех лап в дырку под печкой. Только и слышно было в повисшей тишине звук его когтей.
Через мгновение, опомнившись, Вера хотела схватиться за упавший топор, но ведьма быстро метнулась к ней. Схватила за шею и подняла в воздух, презрительно шипя проклятия.
— Отпусти её! Я сделаю, что ты хочешь! Тебе же нужен ключ, да?! Так он у меня! Слышишь?! — орал я что есть мочи, давясь кровяными слюнями с хлюпающим свистом из щёк.
Вагахке медленно развернула ко мне свою морду, вросшую в плечи, обвела оценивающим взглядом, будто прикидывала, насколько ценное моё предложение. Довольный взгляд блестящих в свете печного огня рубиновых глаз, говорил о том, что предложение это ей по нраву. Она разжала руку, и Вера рухнула на пол, хватая ртом воздух. Ведьма довольно посмеивалась, глядя на меня. Щёлкнув пальцами, она раздвинула разлом. Стены по её команде буквально выплюнули меня внутрь пещеры, как мешок с костями. Моё онемевшее тело рухнуло на пол.
Я пытался подползти к жене, но эти попытки были напрасны. Ведьма склонилась надо мной, и схватилась за каменную руку, начав её выкручивать, рассматривая со всех сторон.
