– Что же мы будем делать?
– Будем учиться доверять друг другу.
Остальную часть поездки я молчу, а Стейси сидит и дуется, потому что я не говорю, куда мы едем. Ей же хуже, а мне нравится, как она надувает губки и морщит нос от раздражения.
Я останавливаю машину перед университетским бассейном, и Стейси сразу переводит на меня удивленный взгляд.
– Мы будем плавать? Ты что, шутишь?
– Команда пловцов сейчас в Филадельфии на каком-то соревновании, так что весь бассейн в нашем распоряжении. Я докажу тебе, что справлюсь с любой проблемой, которую ты на меня возложишь.
В принципе это хороший план, но у нее вытягивается лицо.
– У меня нет с собой купальника.
– В обед я завез Лолу домой, и она принесла все, что тебе понадобится.
– Ну, если ты так говоришь… – ворчит она, отстегивая ремень безопасности.
Я пятнадцать минут жду перед раздевалкой, а Стейси все не появляется. Уже начинаю думать, что она вызвала «Убер» и улизнула, но наконец она высовывает голову.
– Ты сказал Лоле что-то конкретное, когда просил взять мой купальник?
– Я попросил ее взять вещи для бассейна, а что?
Она фыркает и закатывает глаза.
– Просто чтоб ты знал: это бикини я последний раз надевала на весенних каникулах в Пальм-Спрингс.
Ее голова скрывается за дверью, и она наконец выходит. Я сразу чем-то давлюсь. Воздухом? Слюной? Не знаю, но мне не хватает кислорода.
Назвать это бикини можно только с большой натяжкой. На ней узкие полоски ткани, которые абсолютно ничего не прикрывают. Она разворачивается – и правда, вся ее попа на виду, только посередине тянется тонкая розовая ленточка.
– Ты правда думал, что Лола возьмет что-то практичное?
Во рту сухо, как в пустыне, я судорожно пытаюсь сглотнуть. С самого начала нашего соглашения она переодевается в ванной, так что столько же обнаженного тела я видел, когда мы вместе принимали душ. А когда занимались сексом в последний раз, на ней и то было больше одежды, чем сейчас.
– Э… – Во рту по-прежнему сухо. – Ну что, пойдем в бассейн?
Она пытается не рассмеяться, а я пытаюсь не пялиться на нее так откровенно, но у нас обоих не слишком хорошо получается. Я чертовски рад, что пловцов сейчас нет. Не уверен, что смог бы врезать всем парням, которые посмотрели бы на нее, хотя очень бы постарался.
В плавательном центре несколько разных бассейнов, и мы идем в самый мелкий. Наша цель – чтобы Стейси поверила, что я ее не уроню. В самом худшем случае она просто наглотается воды с хлоркой.
– Здорово, – стонет она, выслушав план, и спускается в воду. – Значит, мне нужно переживать не только о том, что ты меня уронишь, но и о том, чтобы не утонуть.
– Я не уроню тебя и тем более не дам утонуть. Повтори, что я сказал. Я хочу знать, что ты меня услышала.
– Ты меня не уронишь.
– Что еще?
– Тем более не дашь мне утонуть.
– Хорошо. Итак, с чего начнем?
Никогда в жизни я так не концентрировался. Даже с учетом воды каждое движение, которое мы отработали как минимум раз десять, получалось очень легко.
Бассейн достаточно глубок, чтобы обеспечить безопасность Стейси, но в то же время позволяет работать при нашей разнице в росте. Анастасия сказала, что сейчас начнется самое сложное, и ее энтузиазм сразу поугас.
– Я наклоняюсь вперед и отталкиваюсь вверх, – говорит она, положив руки на мои тазовые кости. – Моя попа будет на твоем плече, вот так. Ты как бы обхватываешь меня под ребрами и наклоняешься назад. Получается почти как противовес.
Я делаю в точности как она говорит и медленно наклоняюсь назад, а ее тело поднимается из воды с идеально вытянутыми ногами. Мне открывается прекрасный обзор на ее задницу, но я тоже рад, что поддержка получается.
Ее тело опускается, а я держу позицию, пока она не говорит, что можно остановиться. Стейси заразительно улыбается, а я так рад, что у нас, похоже, получилось. Мы повторяем еще пару раз, и Стейси счастлива.
– Что будем делать дальше, тренер?
Она прижимает пальцы к губам и, раскрасневшись, качает головой.
– Не хочу тебе показывать.
– Обещаю, я тебя не уроню.
Она бьет руками по воде, не глядя на меня.
– Дело не только в этом. Я… э… немного волнуюсь, потому что ты увидишь, что у меня между ног. Мне придется широко развести ноги, когда я буду у тебя над головой.
Я уже видел, как она делает такую поддержку, и сказал бы, что ее опасения обоснованы, учитывая, насколько узкие полоски у ее купальника.
– Ты не покажешь мне ничего такого, чего я уже не видел. Ты же сидела на моем лице, Анастасия. Я твой большой поклонник – возможно, самый большой.
– Вот черт, – бормочет она себе под нос, отворачиваясь от меня.
– Готов?
Она переплетает пальцы с моими и ведет обратный отсчет от трех до одного. Я поднимаю ее, а она раздвигает ноги. Слегка покачиваясь, она крепче вцепляется в меня.
– Не паникуй, я тебя держу. Я поймаю тебя еще до того, как ты упадешь в воду, детка. Сосредоточься.
Она что-то бормочет сама себе, но я не могу разобрать. Через пару секунд она перестает покачиваться и начинает смеяться, а потом опускает ноги, и я медленно ставлю ее в воду.
– У тебя получилось, ты справилась.
