– Ага, а ты разве не напоминал мне, что я должна держать себя в форме, чтобы влезать в костюмы? Разве ты не стонал, когда поднимал меня?
– Значит, я плохой, потому что заставлял тебя быть ответственной?
– Это не ответственность, Аарон, а навязчивость! Тебя слишком сильно волнует, что я делаю и с кем. – Мой голос дрожит, и мне это не нравится. Не нравится, что он может диктовать мне, что делать. – Ты хочешь меня контролировать и уничтожаешь нашу дружбу, наше партнерство!
– Когда ты вернешься домой? – резко спрашивает он. – Я по тебе скучаю.
Внезапная смена темы для меня как удар хлыста, и я понимаю, что в глубине души Аарон переживает.
– Я не вернусь, пока ты не поймешь, что натворил. И я верю, что ты изменишься. – Я встаю и закидываю сумку на плечо. – Сейчас я не могу доверять тебе, Аарон. Но мы работаем в паре, хотим этого или нет, поэтому мне придется найти какое-то решение.
Аарон кивает с непроницаемым видом.
– Я знаю, Анастасия, ты веришь всему, что он говорит, но зачем мне умышленно подвергать тебя риску? – Он вздыхает и опускает плечи. – Не веришь, что я забочусь о тебе? Ладно. Но ты же не сомневаешься, что я забочусь о себе? Так зачем мне рисковать своими целями, если ты получишь травму?
Если бы ситуация не была такой плачевной, я бы посмеялась над его словами. Он не ошибается: главная персона, о которой заботится Аарон Карлайл, – это он сам.
– Не знаю, что тобой движет, – говорю я. – Но это твоих поступков не отменяет.
– Мне не нравится смотреть, как ты катаешься с другим. Я действительно постараюсь все исправить, Стейс. Обещаю.
– Я тебе верю, но сейчас обещания недостаточно.
Усевшись в машину Нейтана, я, закипая от избытка адреналина, спрашиваю, не хочет ли он совершить что-нибудь безответственное.
В моем понимании очень безответственно закатить вечеринку за неделю до финала, равно как играть в пьяные игры с человеком на фут выше и на сотню фунтов тяжелее. Чтобы сравнять шансы, выпивка у Нейта вдвое крепче, чем моя, но он этого даже не замечает. Мне повезло, что мы играем в «Я никогда не» и оказывается, что Нейт за время учебы в колледже усиленно набирался нового опыта.
Очередь доходит до Мэтти, и он прокашливается, чтобы привлечь всеобщее внимание.
– Я никогда не… звонил Фолкнеру случайно во время секса.
– О, черт побери, – бормочет Нейт, поднося бокал к губам. На меня он даже не смотрит. – Тебе лучше не знать.
– Ладно, ладно. – Джей-Джей потирает руки. – Я никогда не уходил из клуба с женщиной постарше…
Несколько парней поднимают стаканы, но Джей-Джей делает знак подождать и продолжает:
– …а увидев утром семейные фотографии на стене, не понимал, что однажды переспал с ее дочерью.
Нейтан чертыхается себе под нос и качает головой, снова поднося ко рту бокал.
– О боже! – У меня отвисает челюсть.
Лола хихикает, а у Джейдена невероятно довольный вид. Подходит моя очередь, а я не могу придумать ничего такого же скандального, как у парней, но все же вспоминаю то, что заставит его выпить.
– Я никогда в жизни не выпадала из горнолыжного подъемника.
Нейт фыркает и сразу поднимает бокал. Робби тоже пьет.
– Ты тоже? – со смехом спрашиваю я.
Робби кивает и морщится, проглатывая выпивку. Коктейль ему смешивала Лола, и только сам бог знает, насколько он крепкий.
– Ага, этот поганец утащил меня с собой.
Игра продолжается, и, само собой, ребята стараются припомнить друг другу все неблагоразумные поступки. Мы с Лолой отходим в сторонку, чтобы обсудить события дня, и целый час строим теории, а на самом деле откровенно язвим в адрес Аарона. Потом я иду искать Нейта.
Нахожу его в кабинете с двумя девушками, которые пытаются с ним заговорить, несмотря на полный игнор с его стороны. Как только я подхожу, он сразу притягивает меня к себе на колени и зарывается лицом в шею.
– Где ты была? Я соскучился.
– С Лолой. Когда ты успел соскучиться, мы ведь видимся каждый день?
Он не утруждает себя ответом на вопрос и только покусывает мое ухо.
– Не помню, почему мне больше нельзя тебя целовать, но очень хочется.
Он так пьян, что едва ворочает языком, но я тоже не помню, почему нам нельзя целоваться.
– Ты такая красивая, Стейси.
Я поворачиваюсь лицом к нему и сразу понимаю, что это не лучшая идея. Он стонет и прижимает руку к моему лицу.
– У нас был такой хороший секс. Пойдем, я тебе напомню.
Я веду его в кровать, но определенно с другой целью.
– Идем, пьяница.
Вести его вверх по лестнице – все равно что тащить расшалившегося ребенка. Ворвавшись в комнату, Нейтан сразу начинает раздеваться, разбрасывая вокруг одежду. Пока я ее подбираю, он включает душ, и вскоре вместе со звуками льющейся воды раздается очень громкое и фальшивое исполнение “Last Christmas”.
Через несколько минут он выходит, благоухая медом и клубникой – значит, брал мой шампунь. Полотенце небрежно повязано на бедрах, по крепкой груди стекают струйки воды.
О господи!
В этом виде, мокрый, он топает ко мне.
– Хочешь потанцевать со мной голеньким?
– Нет. Я хочу, чтобы ты лег в постель и уснул.
Он искренне недоумевает.
– Почему нет?
