– Я подумал: может, мы могли бы заскочить к твоим родителям на пару дней, а потом полететь в округ Игл через Денвер? Или ты могла бы поехать к ним одна, а потом прилететь ко мне, или еще как-то… Думаю, тебе следует повидаться с родителями. Мне правда кажется, ты расстроишься, если не встретишься с ними до нового года.
Предложение приехать к моим родителям с Нейтом кажется очень серьезным, но моя тревога почему-то улетучивается.
– Давай я сначала поговорю с мамой?
– Хорошо, только быстро. Как-никак Санта уже на пороге!
Если перечислять все плюсы моего ежедневника, то на первом месте будет подготовка к Рождеству. Весь год я записываю, что мои знакомые хотели бы получить на праздник, а потом сужаю список. Правда, от одного человека я так и не могу добиться ответа.
– Что бы ты хотел на Рождество?
– Ничего.
– Нейт! – возмущаюсь я. – Скажи, что хочешь на Рождество, или получишь шиш.
– Я ничего не хочу.
– Нейтан!
Спор продолжался несколько дней, и у меня уже нет времени что-то покупать. Со всеми остальными было так легко, но из Нейта ничего не вытянешь, так что и записывать в ежедневник нечего.
Генри я купила карандаши и краски, Робби – хоккейные сувениры. Джей-Джей Рождество не отмечает, поэтому я купила нам на двоих мастер-класс вьетнамской кухни, чтобы продолжать кулинарное образование в будущем году, поскольку нам понравилось вместе готовить.
Но Нейтану – ничего.
Мы так и не восстановили баррикаду из подушек, так что теперь нетрудно залезать на Нейта и полностью завладевать его вниманием.
– Пожалуйста, скажи, чего хочешь. Я хочу тебя порадовать.
– Ты уже меня радуешь. Просто будь рядом.
– Я и так рядом, – ною я. – Но ты не можешь меня раздеть!
– Могу, если ты позволишь, – хрипло отвечает он, просовывая руку под мою футболку и щекоча живот.
Я чувствую бедрами, как он твердеет, и все мысли об отвлечении и конфликте интересов мгновенно улетучиваются из головы.
Четыре недели – не так уж долго, но чем больше я узнаю Нейта, тем больше хочется взобраться на него. Так необычно узнавать, что любимый фильм крутого накачанного хоккеиста – это мультфильм «Тайна Коко».
От таких новостей у меня внутри происходит что-то странное.
Я поднимаю руки, Нейт садится и стягивает с меня футболку через голову. Карие глаза темнеют, он окидывает меня пристальным взглядом, вызывая трепет предвкушения. Лифчик летит следом за футболкой, и Нейт сразу облизывает мой уже затвердевший сосок. Проделывает дорожку из поцелуев от груди до моего рта и обхватывает лицо ладонями.
– Мы нарушаем все правила? – шепчет он.
Между нами нет никакого пространства, и, клянусь, я много недель не была такой счастливой.
– Определенно, – отвечаю я.
Наконец его губы находят мои, язык продолжает лихорадочное исследование, мои бедра словно сами по себе трутся об него, а по всему телу прокатывается непреодолимая волна удовольствия.
– Боже, как я по тебе соскучился! – Голос Нейта звучит негромко и напряженно. Он прикусывает мою нижнюю губу. – Я не продержусь, если ты будешь продолжать так себя вести…
– Скажи, чего ты хочешь на Рождество, или я вообще не дам тебе кончить, – дразню я и хватаю его сквозь боксеры. Он давится смешком, который немедленно сменяется низким горловым стоном, когда я делаю движения вверх-вниз. – Давай, Хокинс, просто один маленький рождественский подарок!
– Я не знаю!
Нейт переворачивает меня на спину, и я падаю на матрас, а его крепкое тело нависает надо мной. Он двигается вниз, покрывая меня поцелуями, пока не доходит до уже влажного местечка между ног. Нахмурившись, он смотрит на кружевные трусики и тянет их на себя.
– Это мешает.
В ту же секунду, когда он касается меня языком, я приподнимаюсь на кровати, выгнув спину, и трусь о его лицо. Он берет в рот мой клитор, не обращая внимания на то, что я, обуреваемая желанием, отчаянно вскрикиваю. Это нестерпимо. По мне прокатывается волна удовольствия, а Нейт довольно ворчит. Его язык проникает в меня, и я срываюсь в пропасть, выкрикивая его имя.
После этого он не оставляет меня в покое, а хватает за ноги, удерживая на месте, и я снова извиваюсь от перевозбуждения. Ощущения слишком сильные. Если моя спина выгнется еще раз – клянусь, я сломаюсь. Прошли недели с тех пор, как мы стояли вдвоем под душем, и мне невыносимо смотреть, как он зарывается головой между моих ног и посасывает меня, довольно постанывая.
– Еще разок, крошка.
И, конечно, мое тело проделывает именно то, о чем он просит.
– Хорошая девочка, – воркует он и снова ложится на меня, убирая волосы с моего мокрого лба.
Я стягиваю с него боксеры, освобождая член, и поглаживаю его, глядя, как глаза Нейта закатываются.
– Скажи, что хочешь на Рождество, Нейтан.
Он медленно трется о мою руку.
– Как ты можешь думать о Рождестве, когда я только что дважды заставил тебя кончить?
– Потому что для меня важно сделать тебе что-то приятное.
– Я хочу только тебя, Анастасия. Ты не можешь купить мне ничего лучше этих четырех недель с тобой. Побудь со мной еще, и я буду счастлив.
