Он надавил на спину Серёжи, прижимая его к себе. Тот напрягся, противясь объятиям, но Мелисов преодолел сопротивление, и Сергей сдался. Олег полноценно обнял его обеими руками и прижал к себе. Багрянову стало тепло и мягко. Он оказался лежащим щекой на правой части его груди. Медленно моргая, Сергей неспешно приходил в себя, начиная осознавать, что это действительно был всего лишь сон и бояться нечего. Серёжа был в таком состоянии, что даже не заметил, как Мелисов осторожно касается губами его влажных волос. Где-то в глубинах сознания Багрянова мелькнула мысль, что надо бы отстраниться, но глаза сами собой закрылись, и поэт уснул.
Когда он проснулся, Олега в кровати уже не было, а за окном шёл холодный ноябрьский дождь. Ощущая себя разбитым после трудной ночи, Багрянов умылся, надел синий костюм и белую, в тонкую полоску рубашку, а потом прошёл на кухню.
Мрачно поздоровавшись с Иваном, сидящим за столом и слушающим радио, Сергей хотел было сварить себе кофе, как старик остановил его.
– Что вы, я всё подам.
С этими словами он начал накладывать в тарелки еду и наполнять чашку горячим кофе. Ссутулившись, Сергей намазывал масло на кусок хлеба, буравя его мрачным взглядом. Кошмарные сны могли хорошенько выбить молодого человека из колеи.
– Вы знаете, Олег рос очень хорошим мальчиком. Родители его обожали. О, прекрасные были люди, – сделав радио немного потише, сказал Иван.
Багрянов перевёл на старика отрешённый взгляд и откусил от бутерброда.
«И зачем он мне это говорит?» – подумал он.
– А вы слышали его произношение? Ловок на языки, ловок… – потерев бороду, задумчиво добавил старик.
– Нет, не слышал, – ответил Багрянов и сделал глоток кофе.
– А что вы будете дарить ему на день рождения? Уже придумали?
Сергей хотел ответить, что не знает, когда у Мелисова именины, но в последний момент подумал, что это прозвучит слишком.
– Нет ещё. А вы? – жуя бутерброд, Серёжа уставился в свою чашку.
– Есть одна идейка. Вот сегодня после обеда и схожу, время будет, – с улыбкой произнёс Иван.
– Отлично. Мне пора, извините, – Багрянов кивнул и, залпом допив бодрящий напиток, встал и вышел из кухни, дожёвывая то, что осталось во рту.
Сергей приехал к Шорохову в десять часов утра. Василий жил в небольшой квартире той стороны Большой Ордынки, которая отличалась тишиной и мрачными постройками, требующими ремонта.
Шорохов похлопал друга по плечу и пригласил в гостиную, где на старом потрёпанном диване сидел Улицкий. Увидев Сергея, он выдавил подобие улыбки, нервно потирая ладони. Серёжа заметил, что квартира очень плохо отапливалась и даже пожалел, что снял пальто.
– Я рад, что ты пришёл, – протянув руку Сергею, мягко произнёс Улицкий.
– Ты хотел меня видеть, – кивнул Багрянов и пожал ладонь Андрея. Она была ледяной.
– Мне нужна твоя помощь, – помолчав, тихо сказал Улицкий и отпустил руку друга.
– Какая? – Сергей сел рядом с товарищем.
– Твой муж… он же как-то связан с этими? Вроде бы, кто-то из его родни там большой начальник… – осторожно начал Андрей, внимательно вглядываясь в глаза Сергея.
– Ну да. Это ужасно, не смогу с этим смириться, – искренне признался поэт.
– Но это открывает новые возможности.
– Какие?
– Ты правда не понимаешь? – криво улыбнулся Улицкий.
– Правда.
– Ты можешь помочь мне остаться в живых… Ты ведь не оставишь меня в беде? – с нажимом спросил Андрей.
– Не оставлю, – кивнул Сергей, ничего толком не понимая. – Но как я могу помочь-то?
– Поговори с ним. Надави. Пусть спустит дело на тормозах.
Багрянов во все глаза смотрел на друга. До него начал доходить смысл услышанного. Закинув ногу на ногу, он откинулся на спинку и посмотрел в потолок.
– Чёрт, Андрей, это сложно.
– Понимаю, но это вопрос жизни и смерти. Я не антисоветчик, ты сам это знаешь.
– Знаю, но… С чего бы ему меня слушать?
– А ты попробуй.
– Как?
– Тебе виднее, что на него действует, – Улицкий протянул руку и сжал плечо Сергея. – Очень тебя прошу. Ты – моя последняя надежда.
Багрянов посмотрел в глаза друга и, подумав, кивнул:
– Я попробую, но ничего не обещаю.
– Спасибо, ты настоящий друг, – отозвался Андрей и открыто улыбнулся.
– Выпьем? – предложил Василий, подходя к буфету.
– О, нет. Пойду домой, мне ещё поработать надо. Обещал Конькову к концу месяца закончить цикл, – с этими словами Сергей встал и направился на выход.
Шорохов вопросительно посмотрел на Андрея.
– А мне налей, – ответил тот и кашлянул в кулак.
Первую половину дня Мелисов потратил на перевод экстренной и засекреченной встречи с британскими дипломатами, которые требовали вернуть задержанного Оскара Варфильда на родину и настаивали на том, что дело об его вине шито белыми нитками.
Олег, будучи мастером синхронного перевода, переводил английскую речь и параллельно следил за тем, чтобы переводчик со стороны оппонентов не перевирал русские реплики.
В конечном счёте советские дипломаты потребовали со стороны британцев нечто значительное и полезное для СССР, если они ответят согласием и вернут им англичанина.
