– Зачем ждать апреля, – сказала я. – Вот деньги. Разве это сумма? Я мошенница. У мошенников денежки водятся всегда. А раз страна голодает – вот для страны посильный взнос: все 136 тысяч 571 рубль. Сорок четыре копейки на благотворительность для кота, он у вас по коридору ходит.
– Так что ж вы мне голову морочите? – сказал Берия. – Это другой разговор. И наперед запомните: с государством лучше не шутить. Поймите: это ж все делается для вас же! Для вас же, неблагодарные! Для кого же еще? Для меня что ли? Мне ваши 136 тысяч погоды не сделают.
– Догадываюсь, – сказала я.
– А будете незаконно работать – мы вас найдем.
– Попробуйте, – я встала.
– Много раз пробовали – всегда получалось, – наконец-то улыбнулся Лаврентий Павлович и махнул рукой, показывая, что аудиенция окончена.
Через месяц мне пришла бумажка, что я должна еще 5 тысяч 148 рублей 5 копеек за что-то там еще.
Репетиторство – не совсем профессия, но и не подработка. Это – промысел. И для многих людей этот промысел – основной вид заработка.
Но что объединяет всех репетиторов? Что, например, объединяет котов? Все коты умеют подворачивать передние лапки внутрь, все любят спать.
Но коты различаются по цвету, размеру, повадкам и пр.
Отличаются и репетиторы: повадки разные, разные способы добывать пропитание, разное зимовье – и т. д.
Жителей Бухары маленький Насреддин легко объединил в одного Большого Бухарца; с репетиторами этот фокус не прошел бы.
Да, общие черты есть. Например, один преподаватель математики сказал: «Репетиторы – идиоты. К счастью, не все люди идиоты, потому что не все люди репетиторы».
Пожалуй, это главное сходство.
Иногда я общаюсь с другими репетиторами. Есть милейшие, симпатичные люди, есть и неприятные – занудные, сумасшедшие.
Многие ничем не заняты и не были раньше заняты в жизни, кроме педагогики.
Репетиторы очень много о себе понимают (и в этом похожи на котов). Не завися ни от кого и никому не подчиняясь, легко покидая школы, вузы и лицеи, помахивая хвостом, репетитор привыкает, что он – пуп Земли.
Он метит любую территорию, на которую попадает: воспитывает чужих детей и их родителей, журит и наставляет. Если кому нужен совет, как жить на свете, можно обратиться к первому попавшемуся репетитору: всегда пожалуйста совет на любую тему.
Есть репетиторы-куры в ожидании пшена: они копают лапкой и трясут головой перед клиентом, проводят первые уроки бесплатно, работают по нижайшей цене и за каждым учеником носятся по двору без головы.
Учеников у них обычно мало, и курица жмурится: пшена не сыпят, в другой курятник не зовут, грустна вечерняя Земля.
Есть репетиторы-павлины: они публикуют фотографии своих дворцов, яхт и себя на фоне водопада с раскрытым хвостом; у них пять дипломов, две медали и один патент на уникальный метод распушать хвост. Они устанавливают максимальную цену за урок, подчеркивают свою занятость и недоступность. Стоят они, орут на всю деревню и привлекают внимание идущих мимо к не их и сомнительным чарам.
Стоит ли к ним в самом деле очередь из богатейших птенцов страны, или же, напротив, они сами стоят в очереди на лечение в клинике Скворцова-Степанова – не знаю и не любопытствую.
Есть репетиторы – ни в городе Богдан, ни в селе Селифан. Я как раз такая. Из зверей я похожа на ехидну: у меня и маникюр, и мелирование, и нос похож, я такая же некрупная и симпатичная.
И повадки один в один: ехидна хорошо плавает и плохо бегает; когда выроет себе ямку – вытащить ее оттуда невозможно, она сильно упирается иглами и лапами. Звуки, которые издает потревоженная ехидна, напоминают негромкое хрюканье. Ехидна живет скрытно, и особенности ее брачного поведения долго никто не мог исследовать.
Словом – этой мой двойник в животном мире.
Очередь из учеников ко мне не стоит, но жить можно. Чтоб я откапывала муравьев, сдирала кору с упавших деревьев – такого нет, что касается яхты – у меня вместо нее резиновый гусенок для запуска в луже.
Репетиторы играют во взрослых. Ученики для репетиторов – «они». Я не понимаю правила этой игры, поэтому «они» для меня – как раз преподаватели (еще по школьной привычке). А я с учениками – «мы».
Репетиторы объясняют простые вещи очень подробно, чтоб дошло.
Однажды женщина-репетитор объясняла мне, как к ней идти:
– Выходите на нашей остановке и идете. Проходите мимо Пятерки, магазина с одеждой, затем будет парикмахерская, ремонт обуви – это небольшие павильоны; идете дальше, игнорируя их. На пути вам встречается жилая девятиэтажка, внизу находятся: магазин «Продукты», салон красоты и маленький зоошоп. Все это вы минуете и идете дальше. Приближаетесь к дому в двадцать этажей, он белый с черненьким. Внизу дома ничего не расположено, кроме парадных. Идете дальше. Наконец видите перед собой пешеходный переход, в правую сторону уводящий. Там есть светофор….
Я не выдержала:
– Светофор – это высокий столб у проезжей части с хорошо заметными цветными фонариками, которые загораются не все сразу, а поочередно.
– Совершенно верно, ха-ха-ха, – сказала моя собеседница и продолжила монолог.