Андрей Губарев сидел напротив и пил действительно чай. Он являлся техническим директором и лучше других знал, что никаких прокладок или автомобильных шин комбинат не производит, хотя несколько грузовиков создают видимость завоза сырья и вывоза готовой продукции. Но это маскировка, камуфляж.
Все дело в проходящей неподалеку газовой магистрали, на которой стоит запатентованный им электромагнитный сепаратор, среди специалистов именуемый «сепаратором Губарева». Именно это углеродно-молекулярное сито отделяет радон от общего газового потока и направляет по специальной трубе в приемный коллектор комбината. Он проходит всю технологическую цепочку и превращается в GTL-керосин.
«Радосин» – как называл его Андрей, ввернув в название радон как основу нового топлива. На выходе сжиженный GTL-керосин закачивали в автоцистерны из алюминиевого сплава и под видом отходов производства вывозили вроде бы на свалку. А на самом деле отправляли в гдыньский порт, где перекачивали в танкеры, доставляющие драгоценный груз в США.
– Ваш продукт успешно проходит испытания, – сказал Фингли. За прошедшее время он сносно выучил русский, а Андрей освоил английский, поэтому они общались без переводчика, хотя Маргарита всегда находилась неподалеку и была в полной боевой готовности. Причем не только к переводу.
По голосу можно было судить, что Билл улыбается, хотя через диковинную растительность на лице рассмотреть это было нельзя.
– НАСА провело на нем космический запуск и уже готовит заявку в Конгресс о финансировании экспедиции на Марс в 2015 году, – продолжил он. – По предварительным расчетам, масса топлива уменьшится в два раза, а тяговая мощность, наоборот, – увеличится в полтора. Это снимает все проблемы, связанные с перелетом...
Технический директор довольно улыбнулся.
– А военные приступают к испытанию радосина в крылатых и баллистических ракетах...
– Они тоже получат однозначно положительный результат, можете не сомневаться, – сказал Губарев и отхлебнул чаю. – Хороший, китайский...
Марч пригладил свою замечательную бороду, причем не сверху вниз, как делают все бородачи, а снизу вверх.
– Корпорация «Боинг» ждет варианта авиационного топлива – это значительно расширит рынок!
Губарев кивнул.
– Я практически нашел решение. Окончательная доработка – вопрос месяца-двух...
– Ну и отлично! – кивнул Фингли и выпил. Точнее, влил в себя светло-соломенную жидкость через бороду, подобно тому, как кит пропускает планктон через свой знаменитый ус. На белых волосах расплылось желтое пятно, и он аккуратно промокнул его платком.
– Надеюсь, с производством не возникает проблем? И мы сможем расширить объем продукции?
Губарев допил свой чай.
– Н-нет, – не очень уверенно сказал он. И поправившись, повторил более уверенно: – Нет, особых проблем не возникает... Так, текущие вопросы...
Он непроизвольно вздохнул.
Вчера два каких-то бандита остановили выехавшую с комбината автоцистерну с GTL-керосином и потребовали «налог дороги», после чего, согласно инструкции, были расстреляны водителем и охранником. Как пояснил начальник службы безопасности комбината, ранее к нему приходили представители мафии, предлагая «поставить крышу» новому производству. Так что вряд ли можно было сказать, что особых проблем не возникает. Другое дело, что американцу о них лучше не знать.
Но особенностью серьезных проблем является то, что они имеют обыкновение вылазить в самые неподходящие моменты.
На гаревой дорожке неожиданно показался огромный черный джип, почти не различимый в сумерках, тем более что ни фары, ни подфарники, ни даже габаритные огни не горели. Джип остановился у веранды, и из него вышли четыре шкафообразных мужчины, которые молча принялись подниматься по лестнице.
Такого просто не могло быть. Поселок, в котором проживало руководство нового комбината, был огорожен забором с сигнализацией, а на въезде, у шлагбаума, дежурила вооруженная охрана, не пропускающая посторонних.
Тем не менее невероятное происходило. Незнакомцы уже были на веранде, и выражение их лиц, а в особенности манеры, не сулили ничего хорошего. Тем более что под одеждой у них без особого труда угадывалось оружие.
– Ты – Губарин? – спросил по-русски молодой парень в черной куртке, с мясистыми щеками и круглыми совиными глазами. Говорил он без акцента, и было ясно – земляк.
– Губарев, – поправил Андрей.
– Без разницы! – махнул рукой тот и, повернувшись к мужчине постарше, в длинном черном плаще, что-то сказал по-польски.
Тот кивнул и отдал короткий приказ.
– Поедешь с нами, козел! – сплюнул круглолицый землячок. – Мы тебе покажем, как лезть на чужую землю и наших ребят валить!
– Какую чужую?! – возмутился Андрей. – Мы с паном Казимиром Халецким работаем!
Если он думал, что громкое имя произведет впечатление на незваных гостей, то ошибся. Двое чужаков обошли стол, рывком подняли создателя GTL-керосина и, намертво зажав его между собой, потащили к выходу с веранды.
– Что происходит?! Кто вы такие?! Немедленно прекратить! – возмутился Билл Фингли. Американский миллиардер явно не привык к таким «наездам».
